Жейс вдруг поняла, что чашки кофе больше нет в ее руках. Он надвинулся на нее, буравя иссини-темным взглядом. А когда она попыталась отступить, схватил за локоть и бесцеремонно притянул к себе. Столько злости в его глаза она еще не видела.
– Еще раз напомнишь мне про
Его хватка была такой же болезненной, как и у Сарка. Жейс испуганно пискнула.
– Зачем ты согласилась на их уговоры?! – не спросил – прокричал Коготь.
Ее губы дрогнули:
– А что тут такого? Почему ты против? Вы же раньше летали…
– А чего тут не ясного?! Все внимание будет на нас. – поморщился он. – История с картузианским лайнером еще не утихла и у всех на слуху. Что там действительно произошло – знают единицы. Будут смотреть на меня, а соответственно и на тебя. Волн все сказал правильно – консервативная утрианка и малосимпатичный бравкаец явно будет неинтересны собранному там обществу. А вот ты… Тебя заметят многие. И ты сможешь выбрать любого, кто тебе понравится. А я не могу тебе запретить! Я не ревную, черт побери – это хуже!! Меня сводит с ума и убивает лишь одна мысль, о том, что ты найдешь там себе ухажера!
Она широко распахнула глаза:
– Коготь….
Он провел пальцем по ее губам:
– Я ведь ничем особо от Сарка не отличаюсь – мысли и желания у нас одинаковые. И в такие вот моменты я иногда думаю, что я зря сдерживаю себя. Что все решается довольно быстро – одним влиянием. Мне просто стоит сделать тебя своей. Послушной, ласковой, исполнительной. А потом я понимаю, что это ужасно. Даже мысли об этом противны мне и страшны. И единственный выход спасти тебя, в том числе и от меня тоже, это чтобы ты возненавидела меня.
Он дернул поясок ее халата, одновременно толкнул к колесу истребителя, перекрывая девушке путь к отступлению. Она не сразу поняла, что он собирается сделать. Полукровка грубо прервал ее попытки вырваться и выкрутил ей руки, так что Жейс вскрикнула. А он ждал этого – впился губами в ее губы, поглощая все возмущенные вскрики и возгласы, которые она хотела выдать.
– Этот чертов халат! – прорычал он и стащив его с ее плеч, отбросил в сторону.
Колени подкашивались, девушку всю трясло. Короткий топ с тонкими бретельками был легко задран к верху. А потом она почувствовала его руки. Жадные, наглые, жаркие прикосновения. На талии. На бедрах. На груди… Жейс крикнула, дернулась, но без особого успеха. Через ткань формы она почувствовала его возбуждение.
Намотав ее волосы на кулак, он заставил ее откинуть голову. Вновь накрыв ее губы жадным поцелуем, принялся возиться с ремнем на брюках.