Проурчав что-то от удовольствия, Артур принялся рассказывать о погроме в Регнуме, устроенном каким-то «нулевым». Эту историю Диана хорошо знала, но слушая её из первых уст, даже позабыла о братней спине — настолько её поразила невероятная мощь скорпиона. Теперь понятно, кто уничтожил терсентум, не оставив камня на камне. То-то же Брутус рвёт и мечет последние недели.

Жадно ловя каждое слово, она слушала и об ищейке, и о Пере, и о том, как Севир не просто дал Артуру шанс, но и доверил спасение принцессы. Всё это звучало изумительно и в то же время немного безумно. Если бы это рассказывал кто-то другой, Диана бы подняла сказочника на смех, но брату она верила безоговорочно — он никогда не лгал ей. Для других Девяносто Седьмой, может, и был высокомерным говнюком, но не для неё. Да, у него непростой характер, но за маской хладнокровия и равнодушия скрывается чуткий и отзывчивый Арти — так называла его мама, таким Диана помнила его всю жизнь. Легион изменил его, ожесточил, но несмотря ни на что, брат сохранил для неё того самого весёлого доброго Арти, правда при этом более не позволяя себя так называть.

— Но если Севир настолько тщательно всё продумал, что же тогда случилось?

— Он не учёл одного — говнюк, на кого так полагался, внезапно забыл о своих клятвах. Хмари мне напустил, сказал вернуться через три дня, заверил, что всё подготовит. Подготовил, сучий выкидыш… Он-то своё получил, но теперь весь Опертам на уши поднимут. Шутка ли — пять трупов посреди улицы. А ещё эти патрули на каждом углу. И откуда их столько взялось?

— А, ну это объяснимо. После так называемого пожара Брутус как с цепи сорвался, нагнал наёмников в терсентумы, удвоил патрули. Боится, гад, за свою шкуру.

— Погоди, что ещё за пожар? Чего это он там боится?

— Ты что, из Пустошей вылез?

— Вообще-то да.

— Точно! — Диана рассмеялась. — Ну тогда слушай. Около двух недель назад сгорел дотла Регнумский терсентум. Это официальная версия, но мне удалось подслушать разговор магистров. Так вот, никакой это был не пожар! Там даже забор в пыль стёрли, плётчиков заживо сожгли, а все до единого осквернённые куда-то исчезли. Думаю, это дело рук твоего «нулевого». Мы его Разрушителем зовём.

Артур восторженно присвистнул:

— Ну Керс, ну смергов сын! Интересно, что он удумал?

— Керс? Это и есть тот самый «нулевой»?

— Ага. Керосин, мать его… Сопляк с раздутым самомнением.

— Можно подумать, у тебя самомнение не раздутое, — Диана потрепала брата по отросшему ёжику волос.

— Не раздутое, а заслуженное, — пробурчал он.

— Насчёт принцессы, ты же понимаешь, что Брутус стережёт её, как зеницу ока? Девчонку на цепь посадили, охраняют круглосуточно, к ней так просто не пробраться, да и не просто — тоже.