Пуля пробила бронежилет, зашла в кожу на сантиметр и застряла немного ниже левой груди, поломав пару ребер и обеспечив меня огромной гематомой. Сознание, как позже пояснил мне врач, я потерял от шока, вызванного ударом пули в пластину бронежилета.

Вероника сразу же отстранила Аню, сняла с меня бронежилет и обработала рану. Пока она со мною возилась, бой закончился. Оказалось, что вместе с нашими бойцами и танками, на подмогу ко мне рванул Фидель с личной охраной и спецподразделениями «las Avispas Negras»[69].

Как только он узнал, что «компаньеро» Кирсанов, безопасность которого он лично обещал обеспечить «камрадам» Машерову и Ивашутину, заперт в отеле «Флорида» и ведет бой с мятежниками, так сразу помчался туда, оставив все остальные дела.

Наши связались по рации с Сергеем Ивановичем, быстро уточнили ситуацию, и устроили мятежникам огненный ад. В первые секунды боя были сожжены все танки и машины вместе с бойцами, сидящими под их прикрытием, рядом с гостиницей, а на стене первого этажа появилось несколько пробоин.

И когда «Черные Осы» вместе с нашим спецназом, подавив шквалом огня противника, пошли на штурм здания, большинство оставшихся в живых бандитов просто побросало оружие и подняло руки. Несколько мятежников попытались выпрыгнуть из окон и уйти с черного входа. Они были уничтожены.

Фидель с бойцами сразу же рванулись на второй этаж. Команданте в окружении охраны и спецназовцев лично вынес меня и погрузил в подъехавшую машину «Скорой», которую заранее вызвал кто-то из его окружения.

Впоследствии, это послужило поводом для многочисленных шуток майора.

«Теперь тебе все кубинские красавицы завидовать будут», — смеялся Сосновский. — «Сам Фидель на руках носил»…

Очнулся я уже под капельницей в «Скорой». Рядом сидела целая делегация: медсестра, врач, Сергей Иванович и Аня. Оказалось, что подруга, не желая ничего и никого слушать, залезла в машину и категорически отказалась её покинуть.

В момент возвращения из забытья, в голове опять вспыхнули и закружились в безумном хороводе золотые искорки. Меня посетило очередное и последнее видение. Я всю жизнь был далек от всякой мистики. И сейчас не особенно верю в неё. Но с течением времени мне всё больше кажется, что это видение было прощальным подарком от высших сил, в последние мгновения жизни в горящем Белом Доме, переместивших меня на пятнадцать лет назад в теплый и ламповый сентябрь семьдесят восьмого года. Я получил новую жизнь, а моя Родина, СССР — возможность выплыть из постепенно засасывающего её мутного зловонного потока заговоров и предательств и шанс стать по-настоящему страной мечты для сотен миллионов обычных советских людей…