Элен вышла из своего укрытия, подбежала к Елене, склонилась на ней, но мать Айседоры уже умерла.

Элен закрыла веки трупу и заплакала.

Мир снова в тумане.

— Ты показал мне смерти родителей моих друзей. Почему?

— Это часть истории. Воспоминания. Наиболее болезненные и трагичные. Ты должен знать, почему сражаешься. Должен знать, что сделали твои враги.

Скальд не стал развивать тему. Он лишь попросил:

— Давай дальше.

Туман рассеялся вновь.

Скальда ослепил белый свет. И первое, что он услышал — дикие вопли.

А потом он увидел, как Гринштейна и Эвр волокли по полу люди в белых халатах. Парочка пыталась вырваться, но все тщетно. Несколько взрослых мужчин с легкостью справлялись с маленькой девочкой и старым инвалидом.

— Отпустите нас! — кричала Эвр. — Что вы хотите с нами сделать? Перестаньте! Отпустите!

— Куда вы нас тащите? — возмущался Гринштейн. — Я этого не потерплю! Вас всех накажут! Вы все поплатитесь за это! Я вас уничтожу!

— Вили! Вили! Не бросай меня!

— Я не брошу тебя, Эвр! Мы спасемся! Мы сбежим! Я обещаю!

А потом — уколы в шею.

И два тела размякли, забыв о сопротивлении.

Скальд и олень следовали за процессией ученых и их помощников. Эвр и Гринштейна принесли в другую лабораторию с белыми стенами. Здесь стояло четыре металлических стола. Их уложили на два соседних стола по центру рядом друг с другом.

Два крайних стола накрыты стеклянными куполами. И под ними лежали странные существа — жители иного мира.

Тот, что лежал на соседнем столе рядом с Гринштейном — напоминал бледное полупрозрачное мужское человеческое тело, но лишенное половых органов. Бритый, гладкий и даже блестящий. Словно соткан из жидкого материала.

На соседнем столе рядом с Эвр под куполом находилась вовсе бестелесная субстанция. Это был огненный шар, напоминавший око, лишенное век.