— Не сегодня, подонок!

Он направил на нас трость дрожащими руками. С кончика сорвался сгусток пламени. Я рассекла его одним взмахом семиотика.

Я помнила, как это уже удалось сделать Скальду в битве с Присциллой Пирс, а потому не сомневалась в успехе.

Семиотику подвластно рассечь абсолютно все, кроме Скверны.

— Узнаешь меня? — крикнула я, не сбавляя темп.

Новый всплеск пламени. И снова я его рассекла.

— Ты…

— Скажи! Скажи, Гринштейн, кто я!

Он не думал сдаваться — в меня снова полетел жидкий огонь. Но такими фокусам меня не остановить.

— Ты… ее дочь…

— Правильно.

И вот я уже перед ним.

Он направляет на меня трость, на кончике которой ревет пламя. Делаю взмах — и рука его отрывается от тела.

— Аргх!

Гринштейн издает вопль боли и хватается за кровоточащую культю.

— Ты убил мою мать.

Я отбрасываю один меч в сторону и хватаю Гринштейна за горло рукой. Прибив его к стеклянной стене, я потянула за шею вверх.

— И сегодня я пришла за тобой, Гринштейн. Твой час настал.

Он задыхался в моей плотной хватке.

— Элен? Ты хочешь что-то сделать с ним?