— Он твой, — ответила она.

— Спасибо.

И я не медлила.

Хочешь убить — убивай, а не болтай попусту.

Я проткнула Гринштейна семиотиком в живот. На меня брызнула горячая кровь. Я отпустила его шею. Тело Гринштейна скатилось по стеклянной стене, оставляя на ней кровавый след.

Все это время я смотрела только ему в глаза.

Пусть он видит мое лицо.

Глаза той, кого он так легко убил когда-то.

Я извлекла клинок из его тела. Но Гринштейн продолжал жить. Он улыбался, глядя на меня.

— Что за…

Я видела, как отрубленная рука начинает вырастать вновь.

— Элен… в нем Скверна! — догадалась я. — Она его лечит!

Элен сделала резкий рывок ко мне. Гринштейн уже занес руку для удара, но не успел.

Элен оказалась проворнее. Она одним ловким движением сунула ладонь прямо в рану, оставленную в животе семиотиком.

Вилиамонт, давясь от боли, раскрыл рот. Его глаза расширились.

Я видела, как по телу Элен течет Скверна. Страшная сила концентрировалась в ране на животе. Гринштейн оказался бессилен.

— Что ты делаешь? — не поняла я и спросила.

— Забираю его Скверну себе, — ответила Элен.

— Разве это возможно?

— Не знаю, но у меня получается. Я чувствую ее течение. Кажется, мне удалось ее перехватить…