Юнона была настолько потрясена, что едва не потеряла сознание, но вдруг последняя мысль чётко врезалась в её нестабильный сейчас разум. Она же и рассеяла весь хаос в голове. Рабы — не люди. Это всё объясняет. Её убеждение о том, что люди — самые разумные, добрые и миролюбивые существа на планете не пошатнется от такого пустяка. Отец, ценящий людские жизни, не выдвинул бы это предложение, если бы они были людьми. Он не ценил их жизни, потому что они вообще не люди. Теперь всё встаёт на свои места. Ответ лежал на поверхности.

Хоть девочка и успокоилась, но гадостное чувство предательства никуда не делось. Она не только впервые увидела, как «люди» убивают друг друга, но еще и опять проиграла сестре… Как обычно. Хотя… Сама виновата, что усомнилась в словах отца. Вот глупая. Он ведь всегда прав.

«Рабы — не люди». Эта установка в разуме Юноны по мере взросления будет развиваться и приобретать следующий вид: чем ближе индивид к социальному дну, тем менее он человечен — за призрачную надежду улучшить своё жалкое положение он с радостью предаст ближнего, воткнёт в спину нож собрату по оружию. У этих существ нет чести и достоинства. Отсутствие воспитания и образования превращает их в аморальных, бесчестных варваров. Проживание в грязи и питание отходами делает их эгоистичными, корыстными, жадными до любой материальной выгоды. Отсутствие достойных развлечений, целей и интересов вынуждает их предаваться низменным желаниям и насилию. Да, нищенство убивает в людях всё человеческое. Они с самого детства бесповоротно становятся животными, чей удел — развлекать и приносить хоть какую-то пользу сильным мира сего.

По мере взросления она также обнаружила в себе садистские наклонности. Так как она — высокородная личность и её воля априори закон, стыдиться этого девочка не стала, но всё же старалась прятать от окружающих, понимая, что её могут неверно понять.

Юнона всю жизнь не могла превзойти сестру совершенно ни в чём. Извечное чувство зависти и ущербности съедало её изнутри, не давало спать по ночам, мучало в кошмарах, однако, унижая чужую личность, подавляя, превосходя её как физически, так и морально, естество пробирало ненасытным, незабываемым ощущением счастья.

Каждый раз, принося кому-то физическую или моральную боль, по телу разливались волны удовольствия, возбуждающие нутро и учащающие сердцебиение. Она млела от мечтаний испытать это же чувство над Эльзой, так и сформировалась непоколебимая мечта, а пока что приходится довольствоваться малым.

Глава 83

Глава 83

Доедая вкуснейшее мясное рагу в своей комнате, Кён услышал протяжный скрип открывающейся двери. По тихим, едва уловимым шагам, он сразу понял, кто вошёл.