Саккара глубокомысленно кивнул:

— Тебе дали выбрать между ножом и камнем.

Фабий тоже кивнул:

— Я выбрал камень.

Саккара опустил нож и глянул на Фабия. Немного помолчав, сказал:

— Тебе когда-нибудь приходило в голову задуматься, почему ты так интересен богам? Из всех, чьи имена пережили свой легион — Абаддон, Люций, Кхарн, Тиф, Ариман, — ты единственный, кто не присягнул какой-то одной — или всем — Губительной Силе. Их сделали герольдами и возвысили над братьями. Всех, кроме тебя.

— Да, я этим до сих пор разочарован, — язвительно заметил Фабий.

— А может быть, это боги разочарованы?

— В смысле?

Саккара вытер нож и отложил в сторону.

— Я много веков размышлял над этим вопросом. Ты когда-нибудь слышал притчу о высоком маке?

Фабий рассмеялся:

— Высокий мак подрезают вровень. Да. У нас на Терре была похожая поговорка. Что, боги хотят подровнять меня с остальными? И все?

— Да. И нет. — Саккара встал и принялся облачаться в простые серые одеяния. — Чем больших высот ты достигнешь, тем большая слава богам. Однако есть такие высоты, куда подниматься запрещено.

— А ты когда-нибудь спрашивал себя, почему так?

— Конечно.

— И к какому ответу пришел?

— Такова воля богов.

Фабий покачал головой.

— Банальный ответ. Ничего иного я и не ждал.