Гексахир схватил Олеандра за плечи:

— Еще один друг? Печально, что тебе придется смотреть, как он умирает: Да еще так бесславно — даже не в поединке до смерти.

Башня не остановилась. Даже не замедлилась и едва ли заметила старания защитников. Когда она ударила в ворота, они просто перестали существовать, как и все, что на них было, а Башня, качнувшись, двинулась к узлу Паутины. Орудийные установки, встроенные в узел, открыли огонь, стволы раскалились добела. Башня наклонилась к узлу поближе, с нее соскочили дуги разрядов и ударили в перламутровую поверхность. Узел затрепетал, активируясь. Олеандр ощутил знакомое головокружение открывающихся ворот, а затем Башня начала протискиваться внутрь.

Гексахир раскатисто захохотал. Сверху посыпались искры. Полипы лопались от перегрузок перехода, само сооружение издало оглушительный стон. Олеандра сбило с ног. Все работающие дисплеи заполнило белое сияние, становясь все ярче и ярче, пока едва не ослепило его.

И тут они прошли.

Он услышал скрежет камней и треск древней кладки — оглушительные звуки чего-то более древнего, чем сам Империум Человечества, разрываемого на куски. Когда Башня выпрямилась, все вокруг тяжело содрогнулось. Внешний скелет затрещал, словно тающий лед, и Олеандр едва не подпрыгнул, когда зал резко сжался. Снова полетели искры, снова лопались полипы. Развалины заорали в панике, пытаясь потушить огонь, угрожавший поджечь трон Диомоны.

Гексахир не обратил на все это никакого внимания. Он схватил рифленую переговорную трубку и принялся выкрикивать указания. Поглощенный своим делом, он едва не пропустил, что к нему подкрадываются.

Это был не самый удачный момент, но сойдет. План еще не сложился даже наполовину — все больше какие-то порывы и стремления. Трепеща от напряжения, Олеандр замер. Готовый к броску. Чувствуя на себе взгляд. Диомона следила за ним. Подгоняла его.

Как только он прыгнул, Гексахир развернулся и схватил его за горло. Гемункул со смехом швырнул раба через весь зал.

— Нет, Олеандр. Что бы там клоун тебе ни наплела, эта конкретная драма закончится совсем не так. Держите его.

Пока он с трудом поднимался на ноги, к нему поспешили развалины, чтобы схватить и задержать. Однако ноги отказались поднимать такой вес. Он чуть не упал, и развалины принялись бить его стрекалами, окончательно лишая возможности подняться. Олеандр взвыл.

— Ты думал, я не догадаюсь? — Гексахир поднял глаза на Диомону: — Я, конечно, задираю нос, признаю, но не настолько. Кроме того, ты сработала очень небрежно. Я почти сразу понял, что ты ковырялась в шлеме. Но аплодирую твоей изобретательности. А то я уже начал отчаиваться в тебе, дражайшая Диомона.