Уверен, что и ты пыталась сделать с ней то же самое.

Майшана тихо зарычала:

— Значит, мы собаки? Надо все забыть, потому что ты приказал?

Вопрос прозвучал почти — но не совсем — как вызов. Фабий вздохнул. Она отступила назад, сузив глаза. Напряженная.

Он погладил ее по щеке и мягко сказал:

— Да, вы собаки. Гончие. Выведенные специально. Избалованные, пожалуй. Я нянчился с тобой и тебе подобными на протяжении многих поколений, в то время как другие представители твоего вида зубами прокладывали себе путь к власти на сотне миров. — Он зажал ее подбородок между большим и указательным пальцами. — Давно надо было напомнить тебе, кто ты есть.

Как он и ожидал, рука Майшаны потянулась к ножу. Но рукояти она так и не коснулась. На это у гончей самоконтроля хватило. Фабий отпустил ее.

— Ното novus превзошли мои ожидания почти во всех отношениях. Ваша генетика — это произведение высочайшего искусства. С каждым поколением вы становитесь сильнее. Но эту силу не всегда сопровождает мудрость. — Он помолчал. — За исключением одного случая. Она — лучшая из вас, даже сейчас. И я не хочу, чтобы она или ты бездарно погибли в бесполезном сражении. Поэтому ты найдешь ее и отведешь туда, куда она должна пойти. Таков мой приказ.

Он посмотрел на нее и грустно улыбнулся.

— Будь так любезна исполнить его в последний раз.

— Он сумасшедший, — прорычала Савона. — Но я думала, что хоть у тебя найдется капля здравого смысла, Арриан. Пустить в оружейные склады зверье? Да что на него нашло?

Арриан старался сосредоточиться на подкормке цветов, но это ему давалось с трудом. Он поскреб имплантаты на голове. Они стали чесаться сильнее, как будто чувствуя, что должно произойти.

— Все это сооружение будет брошено, независимо от того, выиграем мы или проиграем. Большую часть собранных ресурсов тоже придется бросить. Почему бы не проявить щедрость в последний час?

— Потому что они вполне могут обратить это оружие как на врага, так и друг на друга, а то и на нас!

«Она слишком много говорит, — буркнул Бриай. — Как и все эти жалкие гедонисты. Словами сыплют, как рабы — стрелами… Говорят, говорят, говорят».

Арриан проигнорировал брата.

— И вот поэтому мы проведем раздачу оружия и боеприпасов упорядоченно и организованно. — Арриан помолчал. — Они поклоняются ему. Они его любят. И умрут за него. Он это знает и потому принял такое решение, чтобы в последний час они остались верны ему.

Она покачала головой: