— Потому что я слишком стара, чтобы бегать за палкой. — Игори вскинула пистолет. Майшана напряглась, но не стала прятаться. Как не стала доставать и свое оружие. — Я слишком стара, чтобы играть роль, которую он так великодушно мне уготовил. — Она опустила ствол ниже, целясь внучке в сердце. — И слишком стара, чтобы слушаться его.

— Но ведь он Благодетель, — сказала Майшана почти шепотом.

— А я — Игори.

Майшана тихо зарычала.

— Ты… неблагодарная. Ты всегда была неблагодарной. Он спас тебя. Простил тебя… а ты предаешь его снова.

— Я не предаю его. Я делаю то, для чего он меня создал. — Игори опустила пистолет и после секундного колебания спрятала в кобуру. — И тебя. И всех нас. Мы не можем поступить иначе. — Она взглянула на внучку. — Он послал тебя, чтобы ты отвела меня в редут «Омега». Я не желаю туда идти. Ты заставишь меня силой?

— Если придется.

— Тогда я бросаю тебе вызов.

Майшана опешила:

— Что?

— Я бросаю тебе вызов. Как ты бросила мне вызов много лет назад. Я вызываю тебя на поединок за власть над твоими стаями. Если ты победишь, я пойду мирно. Если выиграю я…

— Если выиграешь ты, то что? — рыкнула Майшана.

— Если выиграю я, ты подставишь мне горло, внучка. — Игори вытащила нож. — А теперь покажи мне свои клыки, дитя.

Майшана выхватила собственный клинок и приветствующе взмахнула им перед собой в воздухе. Игори улыбнулась и сделала приглашающий жест. Ее внучка прыгнула, и Игори вскочила ей навстречу. Они сражались по всей окружности башни-шпиля, двигаясь быстро, их клинки чиркали друг о друга, разбрасывая искры.

Майшана пустила первую кровь — тонкий порез пересек бицепс Игори. Та в свою очередь сломала молодой гончей нос. Майшана ударилась о крышу и поднялась на ноги, по лицу у нее струилась кровь. Игори не дала ей времени прийти в себя.

Она прыгнула…

И мир содрогнулся. Раздался оглушительный рокот, а затем грохот разрываемой каменной кладки. Игори обернулась, и в этот момент из апотекариума на кольцах кровоточащего мяса вздыбился исполинский левиафан. Он был огромен — больше, чем любая богомашина. Игори ощущала его вонь даже отсюда.

— Бабушка…

Чудовище вывалилось на улицу, сметя при этом несколько зданий поменьше. На нем — или в нем — стояли орудия. Они дали залп по окружающим руинам, а следом за тварью в воздух поднялись стаи рейдеров друкари. Столько, что не сосчитать. Враги явились.