– Конечно. – Рольф махнул рукой и направился к краю крыши. – Скажи мне, что ты видишь?

С крыши открывался вид на широкую прямоугольную площадку, исполосованную следами больших грузовиков и бульдозеров. Сверху замерзшая земля походила на поверхность моря, застывшую посреди шторма, – те же вздымающиеся волны с белыми барашками из крупнозернистого льда. На другой стороне площадки высились кирпичные трубы мусоросжигательного завода, и пусть дымила всего одна труба, выглядело это так, будто завод и был единственной причиной всех этих туч на небе. Это сколько же нужно дыма, сажи и гари, чтобы закоптить целое небо!

Рольф внимательно следил за ней, видимо ожидая некой особенной реакции, но так и не дождался. Тень разочарования омрачила его лицо.

– И что ты думаешь?

– Думаю, что все это ужасно и отвратительно, – сказала Кати, тряхнув головой.

– В самом деле? Что именно?

– Мусор, отбросы. Люди ужасны: мы только и делаем, что производим хлам лишь затем, чтобы от него избавиться. Гадим и портим все вокруг себя, даже не задумываясь о том, что нам здесь жить.

– О! Узнаю голос Джулии Папильон, – усмехнулся Рольф. – А ничего другого ты не видишь?

– А должна?

– Не знаю. Посмотри туда. – Он указал на раздвижные ворота завода. – Ничего не напоминает?

– Да нет вроде…

Слезы от ветра застилали глаза. Она смотрела словно сквозь мокрое от дождя стекло – мир дрожал и расплывался. Кати подняла руку, чтобы смахнуть их, но в этот самый момент она и увидела.

Горло будто сжали сильными руками, Кати хотела закричать, но ничего не вышло. Она смогла лишь прохрипеть: «Кто это?!»

То, что она увидела, можно было описать лишь одним словом: ПАСТЬ. Огромная распахнутая Пасть с гнилыми зубами, похожими на почерневшие могильные плиты. И эта Пасть двигалась, она открывалась и закрывалась, обнажая пунцово-красную глотку, словно бы непрерывно что-то жевала, глотала, перемалывала в порошок кошмарными зубищами. От подобного зрелища у кого угодно мог помутиться рассудок.

– Это Хозяин, – услышала Кати голос Рольфа, но не смогла к нему обернуться. – По крайней мере, я зову его так, сам же он мне не представился.

Кати услышала смешок, но ей было совсем не до смеха. Зрелище оказалось мерзким, отвратительным, отталкивающим, жутким, но точно не смешным.

– Хозяин… – повторила она. – Почему Хозяин?

– Думаю, потому, что он уже был здесь, когда мы начинали. Правда, тогда он был гораздо, гораздо меньше, не больше легковой машины. Но он непрерывно ел – все, что мог проглотить, и непрерывно рос. С каждым днем ему требовалось все больше и больше еды. Сперва мы свозили сюда мусор со всего города, но этого оказалось недостаточно, и пришлось заключать контракты на доставку из других регионов. И все лишь для того, чтобы его прокормить.