Громкий рык привел меня в чувство. Я поднял голову, увидел Дору и обрадовался, увидев родную морду. Она схватила меня за руку и осторожно потянула, но внезапно я увидел, как её глаза широко открылись. Она смотрела на поляну восторженным взглядом, её ноздри раздулись, вдыхая запахи, она застыла на месте с открытой пастью.

Я, собрав все силы в кулак, размахнулся и двинул ей по морде, пытаясь привести в чувство.

— Опасно, Дора. Бегом отсюда. Быстро, быстро! — уже кричал я.

Она моргнула пару раз, перевела на меня взгляд, тряхнула головой.

Я повязал веревку ей на шею, сам взгромоздился на ее спину и со всей дури дернул веревку.

Мы буквально вывалились на снег, приходя в себя.

— Живые? — тревожилась Мила.

— Офигеть- выдохнул я и протянул ей мешок.

— Нужно убираться отсюда, Рома. На кровь звери набегут.

— Идти быстро не смогу, поеду на Доре.

Дома я мешком свалился на кровать, а рядом Дора и мы уснули без задних ног в обнимку. Я сквозь сон чувствовал, как Мила перевязывала раны, но открыть глаза не смог.

Слышал шепот Всеволода, копошение Коры под боком. А когда проснулся, увидел, что рядом спала только Мила. Я смотрел на её уставшее лицо, темные круги под глазами от усталости. Устала, а виду не показывает, все носится и лечит, лечит и носится. Я тихонько провел рукой по ее лицу. Она открыла глаза.

— Проснулся? — шепотом спросила она.

— Я что-то уснула, хотела немного отдохнуть и не заметила, как задремала.

— Спи.

Я прижал ее к себе и поцеловал в щеку, но не остановился, а губами исследовал ее шелковистую кожу, и вдыхал ее запах. Через секунду она чуть повернула голову, и наши губы встретились. Я замер, чувствуя, как кровь забурлила по моим венам. Губы Милы чуть приоткрылись.

— Мила-прошептал я.

— Ты уверена? Я не смогу остановиться.

Она коснулась моих губ и прошептала:

— Да- и чуть кивнула головой.