Господи, как хорошо. Оказывается, я уже тоже стонал, не сдерживаясь.

Одной рукой подхватил её за талию и рывком перевернулся на спину. Милы ахнула, а я взял ее бедра, придерживая и рванул глубоко в нее. Входил до тех пор, пока ее глаза не закрылись, и не послышался протяжный стон. А теперь… мои руки добрались до груди и чуть сжали соски.

Господи, этот крик слаще всего на свете. Мила вытянулась, откинулась на мои колени, и ее тело забилась в сладких судорогах.

Всё, можно. Я отпустил свой контроль, входя во влажное тело и на несколько секунд отключился, ловя наслаждение.

Блин, ушел в себя- буду не скоро.

Мы тяжело дышали, приходя в себя. Мила молча лежала на мне, а потом… тихонько заплакала.

Я растерялся, неужели ей было больно? Я ее обидел? Мысли метались в моей голове, тут уже не до наслаждений.

— Мила, я тебя обидел? Скажи? Больно да? Извини меня, я наверно не сдержался. Мил- я легонько тряс ее за плечо, а она трясла головой и уткнулась мне в шею.

Я расстроился, честно говоря, обещал же не обижать и подождать, а теперь мне было горько слушать ее судорожные всхлипывания.

— Я..не знала…что так …бывает…я никогда… — она всхлипнула.

Напряжение в моей груди начало отступать, я, наконец начал понимать, о чем она говорит.

Мои губы расползлись в широкой улыбке. Приятно, черт меня подери.

В общем, у меня был повод еще раз гордиться собой, а уже после мы уснули.

* * *

— Ну, привет, герой- качающийся Толик медленно входил в мою комнату. Я оглянулся и облегченно выдохнул, Мила уже ушла.

— Толик. Живой- я улыбнулся и от души обнял его.

— Живой. Благодаря тебе- он помолчал, а потом добавил.

— Спасибо, земляк. Я ведь уже со всеми попрощался. Вот гад, а — он покачал головой.

— Прорвемся, братишка- я был очень рад, что мои усилия не пропали даром.

— Если бы не ты тогда и вчера. Меня уже просветили.