Призыву вторил согласный рев толпы.

Росс нагнал Маркуса и Гифорта у основания стены.

— Нам ни к чему соглашаться на переговоры, — сказал офицер Конкордата. — Это может быть ловушка. Если у них там где-нибудь засел хороший стрелок с винтовкой…

— Я рискну, — отозвался Д’Ивуар. — Вы можете остаться здесь.

— Но…

— Капитан, у них численное преимущество пятьсот к одному. По-моему, веский довод в пользу переговоров. Согласны?

Не дожидаясь ответа, он торопливо поднялся по узкой каменной лестнице на стрелковую ступень. Росс и Гифорт следовали за ним по пятам. Приказ, ранее отданный Гифорту, был уже выполнен, и половину жандармов на стене заменили солдаты Росса в черных шинелях. Все они были вооружены, и Маркус вдруг задумался, не было ли ошибкой поддаться порыву рыцарских чувств. Хватит и одного выстрела, чтобы все пошло кувырком.

— Росс, — сказал он вслух, когда они уже добрались до вершины стены. Внушите своим людям, чтобы открывали огонь только по моей команде. Всякий, кто начнет стрелять раньше времени, будет держать ответ лично перед министром юстиции.

— Есть, сэр.

Росс направился к своим лейтенантам, а Маркус поднялся на парапет и окинул взглядом собравшуюся внизу толпу.

В сравнении с тем, что он видел утром, она стала заметно организованней, и это не сулило ничего хорошего. Шесть огромных лестниц лежали наготове у основания стены, окруженные плотным кольцом людей. Сборище было пестрое — рыбаки, ремесленники, чернорабочие и даже женщины, — но сразу бросалось в глаза, что вдоль лестниц выстроились кряжистые портовые грузчики, способные без труда поднять их и прислонить к стене. Кроме того, все эти люди были вооружены, правда, по большей части дубинками или самодельными копьями. Изредка кое-где поблескивала металлом добытая невесть откуда шпага.

Посредине импровизированной осадной команды высился громадного роста человек в кожаном рыбацком фартуке; рядом стояли две женщины. Именно этот великан и призывал к переговорам, могучим басом без усилий перекрывая возбужденный рокот толпы.

Маркус набрал в грудь побольше воздуха и сложил рупором ладони.

— Здесь командую я! — прокричал он. — Это незаконное вооруженное собрание, и я вынужден призвать вас разойтись!

По толпе прокатились волны смеха. Великан в кожаном фартуке обменялся парой слов с женщинами рядом и выкрикнул в ответ:

— Прошу прощенья, не можем! У нас тут дело!

— Чего вы хотите?

— Откройте ворота и освободите заключенных! Если не станете сопротивляться, мы отпустим вас и ваших людей на все четыре стороны!

— Я не вправе так поступить, — сказал Маркус. Краем глаза он заметил, что Росс возвращается. — Однако если вы пожелаете прислать своих представителей для ведения переговоров, мы впустим их, и, быть может, нам удастся достичь какого-то соглашения?