Они затаились и стали ждать. Винтер по опыту знала, что в таких случаях время тянется, как патока, и минуты превращаются в бесконечность. Жаль, у нее нет при себе карманных часов — по крайней мере поняла бы, когда и впрямь пора беспокоиться. Хотя, в конце-то концов, что проку в беспокойстве?

Сверху донеслись звуки, вначале едва различимые, но с каждой секундой все более отчетливые и громкие — шаги на лестнице, перебивающие друг друга голоса.

— Спускаются, — сдавленно прошептала Кит.

— Может, они сюда и не дойдут. Просто проверяют камеры.

— А если дойдут?

Винтер протяжно выдохнула.

— Тогда нам придется их убрать. Как можно тише.

— Убрать, — повторила Кит и для верности сжала рукоять рапиры. Ясно.

«Уходите прочь, — молила Винтер приближающиеся шаги. — Вернитесь наверх. Вы проживете дольше, и я тоже».

За поворотом лестницы возникли две пары черных сапог. Полы кожаных черных шинелей мерно колыхались в такт шагам. Она обнажила саблю, переждала еще мгновение — и бросилась в атаку.

Наверху показались двое солдат Конкордата с мушкетами за плечами. Взбегая, Винтер потеряла скорость, и солдат справа получил секунду форы. Он вздернул мушкет наискосок, готовый отбить выпад клинком в грудь или ударить противника прикладом. Ее ответный ход оказался для него полной неожиданностью: тяжело дыша, девушка резко остановилась на несколько ступенек ниже, взмахнула массивной саблей и полого рубанула его под колено. От удара коленный сустав словно лопнул, нога солдата неестественно вывернулась вбок, и, рухнув вперед, он кубарем покатился по ступеням.

Винтер едва успела отскочить, чтобы покалеченный, падая, не сбил ее с ног; его товарищ с рычаньем бросился на нее, обеими руками занося мушкет над головой, как дубинку. Она блокировала удар, но напор был так силен, что она едва не выронила саблю и лишь чудом удержалась на ногах. Прежде чем второй враг успел воспользоваться преимуществом и опрокинуть ее на лестницу, рядом возникла Кит и, приняв фехтовальную стойку (насколько это было возможно на ступенях), неуклюже выбросила рапиру вперед. Тонкое лезвие нырнуло солдату под мышку, отыскало лазейку между ребер и гладко вошло в плоть почти до самой рукояти. Он выронил мушкет и с булькающим звуком завалился на спину, отчего рукоять рапиры вырвало из руки Кит.

Винтер хотела выяснить, что стало с ее собственной жертвой, но тут же резко обернулась на отчаянный крик Кит:

— Винтер! Еще один!

Вверху мелькнул силуэт третьего солдата; он шел в четверти витка от этих двоих и теперь бросился наутек. Она выругалась и одним прыжком перемахнула через сраженного Кит противника, на бегу выдирая из-за пояса пистолет. Еще раз проверять затравочную полку было некогда. Только прицелиться и выстрелить…