— Но… — Кит наконец-то в полной мере осознала, что происходит. — Их же слишком много! Они нас убьют!

Здравомыслящий собеседник заметил бы, что именно на это опа и соглашалась, когда вызвалась добровольцем. Дэвис попросту наорал бы. Винтер только пожала плечами, ободряюще (по крайней мере, она надеялась, что ободряюще) похлопала девушку по руке и отправилась за мушкетом свалившегося солдата. По счастью, мушкет оказался заряжен, и — о диво! — порох от удара об пол не высыпался. Винтер взвела курок, опустилась на одно колено у основания лестницы и приготовилась ждать.

Ожидание было недолгим. Дробный топот сапог возвестил о приближении людей Конкордата; они спускались по двое. Винтер прицелилась еще до того, как первая пара целиком показалась в поле зрения. Секунду она следила за их продвижением, а затем выстрелила. Мушкетный выстрел грохнул еще громче пистолетного, отдача привычно ударила в плечо. На сей раз она целилась лучше: опрокинутый выстрелом, человек в длинной черной шинели рухнул на ступени.

Винтер отшвырнула мушкет и бросилась на пол. Как и предвиделось, взвинченные опасностью солдаты открыли ответный огонь. Лестничный пролет наполнился нестройным громом выстрелов, звоном и цоканьем рикошетящих пуль. Пороховой дым, исторгнутый дулами и затворами, клубился вокруг, будто привязанная к месту грозовая тучка. Она так и осталась висеть в неподвижном затхлом воздухе, серыми щупальцами цепляясь за шинели солдат, что ринулись в атаку и, точно копьями, размахивали мушкетами с примкнутыми штыками.

В следующие секунды Винтер осталась жива лишь благодаря тому, что штыки — как бы впечатляюще ни сверкали они в боевом строю на открытой местности — на самом деле не слишком подходящее оружие для рукопашной на лестничном марше. При виде бегущих солдат она проворно вскочила на ноги и, как только первые двое приблизились почти вплотную, скользнула вбок. Левый развернулся к ней, чуть запнувшись, спрыгнул с нижней ступеньки, приземлился на площадку и выставил штык перед собой, чтобы проткнуть Винтер, как цыпленка. Она саблей отбила удар, угодив по дулу мушкета пониже штыка. Сталь оглушительно лязгнула о железо, и сила ответного удара отбросила руку нападавшего. Он не успел остановиться и по инерции врезался в Винтер; та развернула саблю резной рукоятью вверх и навершием изо всей силы ударила его в лицо. Толчок, прибавленный к силе разгона, сбил солдата с ног так же верно, как если бы, скача во весь опор, он налетел на протянутую поперек дороги веревку.

Его напарник повел себя осторожней: вовремя притормозив, он бросился на Винтер со штыком в тот самый миг, когда она отступала от падающего противника. Она увернулась от острия и неистово взмахнула клинком, однако мушкет со штыком длиннее сабли, и это преимущество позволило врагу оставаться на безопасном расстоянии. Ободренный неудачей Винтер, он вновь атаковал, и ударом плашмя ей едва удалось отбить смертоносное острие. Ее неуклюжий ответный удар лишь рассек пустоту. Винтер попятилась, отчетливо сознавая, что еще пара шагов, и площадка позади нее продолжится лестницей вниз.