Этим утром Сот, как обычно, накрыла стол для завтрака, прибавив к нему стопку утренних газет. По крайней мере, взойдя на трон, Расиния могла более открыто уделять внимание текущим событиям — ей больше не требовалось изображать пустоголовую принцессу.

Главной и единственной новостью была Революция, как газетчики уже окрестили происходящие события. С газетных страниц на Расинию взирал изображенный на гравюрах Дантон, в том числе довольно удачный его профиль в «Крикуне». Генеральные штаты, которым предстояло собраться сегодня, вызвали новый приступ неистового восторга. Относительно постоянный лагерь революционеров в Вендре и его окрестностях был окружен многолюдной толпой сочувствующих. Она то сокращалась, то росла, в зависимости от настроения публики. Сегодня, как сообщали газеты, толпа эта занимала почти весь Остров, за исключением небольшого просвета вокруг собора, что находился в руках жандармерии. Южный берег бурлил, и даже на Северном понемногу распространялись бунтарские настроения, исходившие из Университета и кварталов Дна.

Не все известия внушали радость. На Острове все трудней становилось добыть питьевую воду — вопреки стараниям торговцев, которые продавали ее по бешеным ценам, — так что многим из тысяч людей приходилось утолять жажду водой из реки. Следствием стала вспышка дизентерии; она поразила уже сотни человек и каждый день уносила по нескольку жизней. Одна из газет даже разместила карикатуру: на рисунке Расиния собственной персоной, при всех монарших регалиях, шествовала по мосту на Остров, а навстречу ей катилась вздыбленная волна поноса.

К этому бедствию прибавилось изрядное количество шлюх и грабителей, ведь тех всегда привлекают большие скопления народа, а после того, как прогнали жандармов, ничто не удерживало их от привычных уличных стычек. Впрочем, насколько могла судить Расиния, участники событий вели себя на удивление примерно, и общий тон газетных статей был положительным. Народ верил в Генеральные штаты, и именно это требовалось, чтобы они успешно исполнили свою миссию.

Кроме того, народ верил в Дантона. Несколько газет напечатали полный текст его последних речей вместе с призывами немедленно, еще до открытия Генеральных штатов, ввести его в правительство. Или же пусть Расиния возьмет Дантона в мужья и сделает королем, дабы мудрость его привела Вордан в новый Золотой век.

— Погляди только на эту чушь! — воскликнула Расиния, потрясая газетным листком. — Он призывает всех сохранять спокойствие, и это прекрасно, — но затем снова и снова твердит о природе общественного договора и теории справедливой монархии! Явно сочинение Мауриска.