Он усмехнулся и вернул пистолет в правую руку. Мимо лезвия протиснулся в проем — боком, стараясь не задеть дверь. Обшарил взглядом пол в поисках натяжной проволоки или силков, но ничего подобного не заметил. Внутренность хижины тускло освещал только попадавший снаружи закатный свет, однако Андреас различил человеческую фигуру — она скорчилась на земляном полу, возле массивного каменного очага. Рядом с очагом был виден неглубокий тайник, который, судя по всему, раньше прикрывала облепленная комьями земли доска. Прищурившись, Андреас разглядел, что там лежит пара пистолетов, но человек у очага даже не сделал попытки потянуться за ними.

Кто это? Роза? В сумраке разобрать было невозможно, но у самой двери в полосе закатного света влажно блестели редкие алые капли.

— Неужели ты проделала такой путь, только чтобы без сил рухнуть на пороге? — вслух проговорил Андреас.

Никакого ответа.

Наведя пистолет на неподвижную фигуру, он неспешно тронулся вперед.

Да, можно не сомневаться, это женщина. Безопаснее всего было бы сначала выстрелить, а уж потом приступать к осмотру… но, если Серая Роза на самом деле затаилась в засаде, после выстрела он на время окажется безоружен. И потому он осторожно двигался боком, зорко всматриваясь в каждый уголок дома. Никто не таился в темноте, и замершая на полу фигура по-прежнему не шевелилась. Подойдя совсем близко, Андреас легонько толкнул ее носком сапога. 'Га чуть заметно дрогнула, но не издала ни звука.

Агент прицелился, пинком перевернул безвольное тело на спину и торопливо отступил.

Это была… нет, не женщина. Огромная кукла, чучело, набитое соломой и обряженное в платье. И без лица: на месте глаз и рта красовалась роза, вышитая черным и серым шелком.

— Умно, — пробормотал Андреас, медленно поворачиваясь. — Но все же, я думаю, недостаточно умно. Ты едва держишься на ногах. Может, уже закончим это состязание?

Он, разумеется, не рассчитывал, что Сот и в самом деле сдастся, но эти слова могли побудить ее хоть как-то отозваться.

И ровно в это мгновение сработало другое устройство, приведенное в действие дверной задвижкой. Десять бочонков черного пороха, зарытые в земляном полу, взорвались одновременно — и превратили саму хижину и все, что в ней находилось, в исполинский фонтан огня. Он взмыл под кроны деревьев, отрясая с них пылающие листья. Заповедные угодья содрогнулись от оглушительного грохота, прокатившегося до самых стен дворца.

Орланко

Орланко

К моменту, когда герцог Орланко по приставной лесенке поднялся в уютное чрево своей личной кареты, он уже взмок от пота и пребывал в чрезвычайно дурном расположении духа.