— В-вот именно, — пролепетал Педдок, неуверенно косясь на Мауриска. — То есть… нам кажется, в подобных обстоятельствах это наилучший выход. Мы не знаем, насколько глубоко распространяется влияние Последнего Герцога, но оно должно быть выкорчевано с корнем, раз и навсегда. Со всеми, кто сложит оружие, будут обходиться учтиво и снисходительно. Ее величество, разумеется, последует с нами как почетная гостья.

— Уверяю вас, — проговорил Маркус, — милорд Миеран никоим образом не был замешан в делах Последнего Герцога…

— Это уж нам решать, — отрезал Мауриск. — И милорду Миерану следовало бы помнить, что именно его приказ привел к аресту Дантона и падению Вендра!

— Я этого не забыл, — пробормотал Янус. — Вы позволите переговорить с ее величеством с глазу на глаз?

Мауриск недовольно скривился, но Педдок опередил его возражения.

— Отчего бы и нет? — выпалил он.

Янус взял Расинию под руку — вопиющее нарушение этикета при иных обстоятельствах, — и все трое отошли на несколько шагов.

— Если мы бросимся бежать, — едва слышно проговорил Маркус, — то доберемся до кареты. Несколько залпов задержат толпу, и мы наверняка успеем развернуть карету прежде, чем…

— Капитан, — перебила королева, — вы хотите, чтобы я отправила солдат графа Миерана стрелять по толпе?

— Ваше величество, — сказал граф, — если вы прикажете — они подчинятся.

— Я просто предложил возможный выход, — проворчал Маркус. — Не нравится мне, как говорит этот Мауриск.

Расиния странно усмехнулась:

— Мне тоже. Однако же выбора у нас нет. Даже если мы ускользнем, лейтенанта Улана и его людей ожидает жестокая расправа. И что потом? Назад в Онлей?

— Вынужден согласиться. — Янус оглянулся на толпу. — Признаться, я… такого не ожидал.

Услышать подобное из его уст было нешуточным потрясением. Маркус вздохнул:

— Так мы сдаемся?

Расиния твердо кивнула. И, развернувшись, решительно подошла к Педдоку.

— Дайте мне слово, что с этими офицерами и их подчиненными обойдутся справедливо, — потребовала она.

— О да, разумеется, — кивнул Педдок.