— Видимо, эти люди были на заседании Генеральных штатов, — заметил Янус, выбравшись из кареты и прикрыв глаза козырьком ладони. — Большинство одето, как на праздник.

— Сэр! — Лейтенант Улан шагнул вперед, подавая знаки подчиненным. — Прошу вас, сэр, отступите назад!

Миерантаи в красно-синих мундирах уже становились строем перед каретой. Первая шеренга припала на колено, вторая выстроилась за ней. Четко блеснули взятые к бою винтовки с примкнутыми штыками. Этого хватило, чтобы перекрыть улицу, но все же солдат было мало, слишком мало. Маркус невольно вспомнил, как на Хандарайском тракте орда местных крестьян, подстрекаемая жрецами-фанатиками, атаковала шеренги Первого колониального. В том сражении они выстояли. «Вот только в Хандаре у меня был Пастор с батареей двенадцатифунтовых орудий».

Сержант, командир дворцовых жандармов, поглядывал на Маркуса в ожидании приказа. Капитан поморщился и жестом указал ему вперед; зеленые мундиры россыпью, без особой уверенности, заняли место позади миерантаев. Толпа между тем приближалась к основанию моста, хотя первые ряды уже замедляли движение при виде ощетинившегося винтовками строя.

— Что теперь, сэр? — спросил Маркус.

Янус оглянулся на Расинию, которая как раз выбиралась из кареты. Королева задержалась на подножке, поверх миерантаев вглядываясь в неуклонно наступавшую толпу.

Полагаю, это не входило в ваши планы? — осведомилась она.

— Нет, — невозмутимо ответил Янус. — Очевидно, что-то пошло не так. Чертовски не так, я бы сказал.

— Чего хотят эти люди?

— Понятия не имею.

Расиния вскинула голову.

— В таком случае ждите здесь. Я пойду к ним и выясню.

По губам графа промелькнула улыбка.

Вы же знаете, ваше величество: этого я не могу допустить.

Мгновение казалось, что Расиния станет возражать, но затем она лишь пожала плечами:

— Поступайте как хотите.

Янус коротко глянул на Маркуса, и они поспешили встать по бокам от королевы. Лейтенант Улан дал отрывистый приказ, и вышколенные миерантаи расступились, образовав узкий проход. Янус двинулся вперед, Расиния и Маркус последовали за ним.

Первые ряды толпы остановились примерно в сотне ярдов от кареты, там, где мост соприкасался с землей. Те, кто был впереди, не решались приближаться к угрожающему блеску штыков, в то время как задние ряды напирали, не видя, что происходит. Арка моста стала подобием амфитеатра, и, подняв глаза, Маркус увидел бесконечные ряды напряженных лиц. Расиния в сопровождении двух офицеров вышла вперед, и все взгляды тотчас устремились на нее.

В первых рядах возникло беспорядочное движение, и наконец, пробившись через толчею, из них вышли трое. Ненадолго остановились, собираясь с духом, и решительно зашагали по мостовой навстречу королеве и ее спутникам. Впереди шел молодой человек в ярко-зеленом камзоле, со шпагой у бедра — знаком его благородного происхождения. Двое других были одеты куда менее броско и ничем не вооружены. Троица выбралась из толпы изрядно взъерошенной и помятой, однако ее предводитель попытался отряхнуть камзол от грязи и пыли и лишь потом заговорил.