"ЗАТКНИСЬ"
В мозг будто попала молния.
— Аргх… Даролок. — прошипел он через зубы. Кёниг был все ближе, приближаясь спокойной походкой как маньяк к жертве.
Раздался взрыв.
— Даролок, Федя! — крича Гаврила сжимая его. — Что ты наделал!? Зачем? Зачем? Андрей уже умер, Полина и Матвей тоже. Артур дерётся с тем чудищем и я не знаю… Я вообще мало что знаю… Но Федя — он всхлипнул — Пожалуйста Федя, пожалуйста, не умирай хотя бы ты.
— Все…. Все хорошо будет… — проговорил Федя. Он поднял лапу. Она вся была запачкана кровью. — Если пришло мое время… А судь — он начал кашлять—…ба это решит, то значит оно пришло.
— Не говори, экономь силы! Я где то слышал это… Святой Саид… Федя. — он закрыл лицо руками, пытаясь не зареветь. — Прошу не надо. Ты течешь кровью как пакет молока истекает… Молоком… Я не знаю, Даролок, я не знаю, но не умирай!
— Гаврила… Не надо реветь, не время… Помоги остальным с псами… — в глазах начало темнеть… После этого Федя ничего не помнил.
Гаврила аккуратно положил его за танкеткой, закусил кулак и потянулся за винтовкой со слезами на глазах.
Тагир кажется потерял сознание.
Лицо и тело у Славы пульсировало тупой болью, хотелось закурить, но было дело поважнее. Он поставил пулемёт на высокий каменный подоконник скорпионского дома, передёрнул затвор, нацелил пулемёт и открыл огонь.
Глуховатый звук, не очень похожий на собачьи пулемет, раздался из за угла. Слава направил пулемёт чуть выше, и повернул ствол слева направо по псам, стреляя прямо по противогазам и сшибая с них каски. Пару счастливцев из них успели лечь. Гаврила закрыл уши, сидя за танкеткой. Гриша сполз через бок, к тому месту, где Федю подстрелили, испачкал штаны и лапы и в его крови и закрылся.