* * *

В Семнадцатом легионе: все «Осколки» вместе, объединены общим прицелом и биообратной связью, и еще одной штукой – в своей компании, когда нет поблизости начальствующих офицеров и непилотов, они называют эту штуку осколочным трюком. Осколочный трюк – это когда они в каждом «Осколке» разделяют не только проприоцепцию и боль, но и инстинкт – время реакции, – и моменты отчаяния или красоты, мысленно.

Это не то чтобы слова, но коммуникация, которая нравится только небольшому проценту пилотов. Те же, кому это нравится, испробовали опцию на пределах ее возможностей: декламировали друг другу стихи, не открывая рта.

Декламировали друг другу стихи, находясь по разные стороны гиперврат, и слышали искаженное эхо, вибрации, доходящие до мозга костей. Что-то из сектора пространства, наглухо отсоединенного от того, в котором они находятся, если не считать шва гиперврат и громадного, дышащего осколочного мировосприятия.

Все объединенные «Осколки» в Семнадцатом легионе, нравится им осколочный трюк или нет, умирают от маслянистой всерастворяющей корабельной слюны, испускаемой трехколечным чужеродным врагом под вспышки энергетических пушек. Они умирают в мучениях и в огромных количествах.

Далеко-далеко в секторе тейкскалаанского пространства, где находится Жемчужина Мира, а еще и крейсер Третьего легиона «Медная столовая гора», четыре пилота «Осколков» возвращаются после тренировочного полета на ангарную палубу с криками и слезами; они помогают друг другу выбраться из своих кораблей и встают, соединившись и поддерживая один другого, словно не могут остаться в одиночестве. Наконец один из них говорит, ниточка здравомыслия среди их рыданий – и кто он, не имеет никакого значения: «Нам необходимо поговорить с министром войны. Код «Гиацинт». Немедленно».

Глава 16

Глава 16

Два Альтернатор выхватила шокер размером с большой палец из своего левого рукава и удавку из правого и улыбнулась на варварский манер, показывая все свои квадратные зубы.

– Как я выгляжу? – спросила она. – Что скажешь – я могу выдавать себя за лселского аборигена?

– Ну секунд двадцать, вероятно, сможешь, – сказала Девять Наперстянка, застегивая на себе боевой комбинезон, – а больше тебе и не нужно, хвала звездам. Видок у тебя нелепый. Но нелепость двадцать секунд продержится, а этого будет достаточно, чтобы провести таможенных офицеров станции, пока мы с Пять Волокно не проникнем в воздуховод.

Два Альтернатор наморщила нос.

– Ты прежде работала в министерстве информации, тебе и убеждать, – сказала она. – В особенности еще и потому, что ты будешь говорить, что я все делаю не так!