Кадим догадался, что его рабыня сильно облажалась. Джара, что конкурент сделал глупость, из-за которой между нами наметился разлад. Пакура, что у неё появилась замена и недоброжелатели, о которых только сейчас узнала.

Инстинктивно почувствовав в свой адрес скрытую угрозу, ответила тем же. Учитывая, кем она являлась и на что способна, окружающие на том же подсознательном уровне ощутили, что по уровню опасности «подделка», действительно, намного лучше «оригинала». Её чудовищная аура и жажда крови, мягко говоря, заставляла присутсвующих нервничать. Напрягаться каждый раз, когда Пакура обращала на них свой взор. Молчаливо предупреждая, что не стоит относиться к ней легкомысленно. В лавке Джары только один дурак был на это способен — я.

— Знаете, а вот сейчас было обидно, — пожаловался Кадим на очередное сравнение.

— Уж тебе ли обижаться, друг мой? У тебя же всё есть. И даже то, чего нет у меня. Нет, чтобы порадоваться чужому счастью. Зависть, знаешь ли, разрушительное чувство, — интонациями выдел отдельные слова.

— Что поделать, дари несовершенны, — грустно вздохнул торговец. — Мы не можем управлять нашими мыслями, но, можем контролировать действия. Что намного важнее. Я очень рад, что вы наконец-то исполнили свою давнюю мечту и больше не будете пытаться лишить меня красавицы Лейлы. Лица которой, друг мой, ты так и не увидел. Поэтому эти сравнения, несколько однобоки. Однако, признаю, аура твоей… танцовщицы более пугающая. Что столь прекрасным цветам пустыни не всегда идёт на благо. Ведь их искусство должно расслаблять, веселить зрителей, а не заставлять… опорожнять кишечники, — рассмеялся Кадим, сводя всё в шутку.

Польстив Пакуре. Хитрый торговец вложил в свой ответ сразу несколько уровней скрытого смысла. Заставляя уже меня завидовать умению играть словами.

— Впрочем, что-то я здесь задержался. Мне ведь уже пора идти. Если разговоры с друзьями ещё могут подождать, то покупатели терпением не отличаются. И очень зря. Ведь этим они упускают выгоду. Хотя, тогда бы они уже звались не покупателями, а торговцами, — вновь непринуждённо рассмеялся. — Зачем мне ещё больше соперников в борьбе за их кошельки. Почему не напомнила об этом, — осуждающе обратился к Лейле. — Совсем стала забывчивой и ленивой. Вот продам тебя и куплю другую рабыню. Порасторопнее. Господин, Джара, — поклонился нам, прощаясь. — Если у меня будет время, я как-нибудь загляну к вам в гости. С кувшином холодного вина. Продолжим увлекательный разговор о танцовщицах, будоражащий воображение каждого мужчины. Не возражаете? — с любопытством перевёл на меня взгляд.