— Однозначно нет, — жестко ответил принц.

— Не поняла?

— Сольвейг, это опасное место с опасными людьми, я готов рискнуть собой, но не тобой.

— Слушай, я, вообще-то, не совсем беспомощная девица! — возмутилась в ответ. — Буду вести себя тихо и смирно. Могу вообще тебя провести внутрь и ретироваться домой. Я же не собираюсь лезть в самое пекло, у меня еще с головой все в порядке.

Кирион колебался, и я его понимала. С одной стороны — обострение отношений двух миров, которое может легко перейти в состояние экономической войны. С другой стороны — я, и, если с моей головы упадет лишний волосок, папенька с Астартом даже пепла от Кириона не оставят.

— Слушай, я не буду тебя уговаривать. Не хочешь — дело твое, — я потянулась, намереваясь вырвать конверт из его рук, но принц внезапно поднял его над головой.

На меня сосредоточенно смотрели пронзительные серые глаза. Лицо Кириона приобрело жестокое, почти хищное выражение. Должно быть, это нравилось всем женщинам без исключения. Должно быть, ради этого Демира вернула брата ко двору. Крайне опасный железный зверь напал на след и уже не мог остановиться.

— Ты будешь очень осторожна и всегда будешь находиться по левую руку от меня.

Ага, отлично придумано. Нет, я понимаю, правая рука ему нужна для атаки в случае чего, но я, вообще-то, тоже боевой маг, и мне тоже нужна правая сторона!

— Сольвейг? — серьезно, с нажимом.

— Хо-ро-шо, — процедила я.

Кирион кивнул и протянул мне обратно конверт:

— Буду должен.

Глава 75

Глава 75

Иногда Велиар ис-Лотиан ненавидел собственную осведомленность. При этом глава Совета магов мира Льда придерживался простого, но действенного правила: предупрежден — значит, вооружен. И тем не менее, в его жизни был ряд ситуаций, когда ледяной маг жалел, что вмешивался в череду логически связанных событий. Нечто сродни седьмому чувству терзало его и сейчас: от чего-то на границе видимости происходящего свербело ощущение, что он поторопился.

Впрочем, в отношении собственной семьи Велиар справедливо полагал, что полумер не бывает, а потому давил сомнения в зародыше.

Раздался дробный стук, и в кабинет к главе Совета зашел его старший сын. Его наследник, его гордость, его головная боль последние несколько месяцев.

— Звал? — коротко спросил порядком уставший юноша.

Вперед него без разрешения и приглашения протиснулся огнелис, не отходящий от парня ни на минуту.