— Да. Присаживайся, — Велиар приветственно кивнул, а сам приманил из серванта пузатый графин и пару бокалов.

— Все так плохо? — вскинул бровь Астарт, опускаясь в гостевое кресло.

— Кхм… Ну, не особо, — мужчина разлил по бокалам темно-алый, тягучий, точно кровь, портвейн. Один из бокалов пролеветировал к Астарту, и тот, отсалютовав им отцу, пригубил напиток.

— Как успехи с молодежью? — буднично поинтересовался Велиар.

— Все по плану. Ис-Ниара сама с удовольствием поделилась всей имеющейся информацией. Но это и было несложно — территорию ее семьи, очевидно, Никлас использовал намеренно для оценки сил Сольвейг. Чем и задел гордых аристократов по собственной дурости.

— Недурно, недурно… — кивнул мужчина, покачав своим бокалом. — Кстати про Сольвейг. У меня есть новости про нее. И они тебе не понравятся.

В комнате мгновенно упала температура, оставив иней на всех поверхностях, а пузатый бокал в руках Астарта превратился в стеклянное крошево.

— Что. Случилось.

Не разжимая зубов, спросил юноша, не обращая внимания, как на белоснежном ковре расползается алое пятно из вина с его кровью.

Велиар глубоко вздохнул и сообщил новости с настолько мрачным выражением лица, точно это были вести о скоропостижной гибели.

— Ее видели целующейся с принцем Железа. Насколько я знаю, Рагнар в свое время дал устное согласие на этот брак правящей королеве. Рискну предположить, что молодые люди встретились случайно, и старший принц не стал терять время…

— Отец…

— Я не договорил, — поморщился мужчина. — Так вот. Учитывая произошедшее, я взял на себя эту неприятную процедуру и подобрал тебе невесту, соответствующую твоему статусу и твоим перспективам.

На стол легла толстая пачкам прошитой бумаги, где каждая страница была заверена Родовой канцелярией.

— Это договор о намерениях, уже подписанный со стороны родителей девушки. Он стандартный, я проверил… В текущей ситуации ты не можешь быть холост, сам понимаешь. Тебе остался семестр до посвящения в стихию, и во взрослый мир ты должен выйти уже обремененный семейными узами.

Астарт молчал, как-то странно глядя на бумаги.

— Мне очень жаль, что так случилось, — добавил Велиар, потому что реакция сына озадачивала. Мужчина был готов к скандалу или, на худой конец, стихийной истерике, свойственной влюбленным ледяным. Но увидеть равнодушное молчание в ответ на шокирующие новости не ожидал.

Астарт чистой рукой провел по лицу, словно сгоняя усталость, выдернул из нагрудного кармана шелковый платок и начал вынимать из раненой руки осколки.

— Знаешь, что мне как-то сказала Сольвейг, когда я предложил ей заключить договор о намерениях? — спросил юноша.