Олег пропал без вести, и Мирра, прекрасно зная степень оснащения бойцов спецназа средствами связи, понимала — шансов увидеть любимого мужчину нет почти никаких. Раз не выходят на связь, которая работает через спутники, значит, почти наверняка погибли. Даша исчезла в водовороте эвакуации, вместе с трёхлетним сыном, Денисом. Её муж, Андрей, бесстрашно бросился искать семью в самое пекло, и также не слал весточек уже много дней подряд. Свидятся ли они снова?

Даже если они пройдут все сражения, а Перун подарит им победу, и сохранит воинам жизни, как заставить себя снова встать в полный рост и расправить плечи?

Из пучины тяжких раздумий её вырвал тёмный силуэт, перегородивший свет за окном. Она часто заморгала, возвращаясь в страшную реальность ночного боя.

— Привет, солдат. — Элан опустился на колени, заскрипело битое стекло. — Держи, всем поровну.

Друг детства невесело усмехнулся, подав ей дюжину пачек патронов и пару гранат.

— Всего-то? — Мирра рассеяно покрутила в руках подарок, почти не расстроенная скудным подношением.

— Что ты! — негромко воскликнул Лис, стараясь приободрить её. — Мы важные клиенты! Сам маршал Жуков интересуется нашими делами — только сейчас по рации беседовали! Очень хвалил, благодарил, и в знак признательности выслал за нами колонну аж из целых десяти грузовиков и четырёх сапёрных танков!

Женщина от этих новостей стала оживать: зашевелилась, едва заметная улыбка тронула обветренные губы, пальцы уже рвали бумагу пачек, набивая патронами магазины.

— Хорошо, что машины выслали, — сказала она, — хоть наших погрузим!

Плут закивал. Всё ещё многих не удалось привести в чувства, даже Диолею, уж насколько сильна, пришлось отправить вертолётом. А кицунэ всё ни как не умолкал:

— Да, столько народа тяжело на руках унести! Нам бы только до мостов добраться, а там до аэропорта рукой подать, сядем на дирижабль, специально для нас пригнали, и улетим на Юг.

— Обманщик! — Мирра взъерошила его и без того всклокоченные волосы. — Это мы улетим, а ты до конца останешься, я-то тебя знаю.

За милым в своей наивности разговором они и не заметили, как тяжёлой походкой, всё ещё хватаясь за ушибленную грудь, к ним подошёл священнослужитель:

— Зачем же ты так, сынок.

Лис резко обернулся, почти оскалившись, снизу вверх глядя на источник своих неприятностей, но тот продолжил:

— Разве можно отнимать у людей их выбор? Это их судьба, которую они вверили в руки Господа, а ты, богохульник, отрёкшийся от Веры, осквернивший собственное тело, что дал нам Отец Наш Небесный…

Эволэки в комнате напряглись, слушая речь, которую их военный лидер всегда считал в лучшем случае просто пафосным словоблудием. Зная кицунэ, его мировоззрение, чудовищные страдания, через которые прошёл удивительный профессор, они были готовы к любой развязке, вплоть до смертоубийства. На удивление, ответ был спокойным: