Ну, поехали… раз, два, три… ребра… точно, ребра ж со всей дури не давить! Да черт с ними — с ребрами, при местной-то чудо-медицине, главное вспомнить, сколько раз надо качать! Десять на два?! Вроде десять на два…

Ага, десятку добрал… теперь рот в рот… целоваться она хотела… вот и поцелуемся сейчас!

Нос зажать, губы пристроить плотно и вдыхать. Вроде грудь приподнялась… так, теперь в теории, предоставить две секунды на вдох пациенту самому. И-и еще раз, вдох и выдох!

Когда приступил к циклу раз на пятый, вспомнил, что по инструкции в следующий раз спасателя следует сменить, но где ж мне тут напарника-то выискивать?! Все смотрят как на съехавшего придурка, главное чтоб не решили радикально меня тормозить.

Вот же встрял! А Юлька, как лежала пластом, так и лежит… пощупал пульс на шее — и снова ничего…

— Юль, ну пожалуйста, очнись… — прошептал я в отчаянье, прижавшись лбом ко лбу, а рука сама опять полезла по шее шарить.

Нормального бы врача сюда, да и нормальная реанимация бы не помешала… как жахнули бы дефибриллятором! А то, что я косорукий тут один могу?

А может?…

— Крис, быстро сюда иди! Давай молниями приложи тут и тут, — показал места я над левой грудью и под ней… вроде именно так в кино видел, у меня-то такого опыта, понятно, и в помине нет.

— Чего?! Куда?! — вытаращился приятель на распростертое перед ним тело.

— Быстро! Время! Молниями, говорю, бей! — заорал я на него, а тот, с перепугу что ли, как вдарит!

— Ты дурак?! — я чуть на него с кулаками не набросился, когда на белой коже Юльки увидал пожженные места: — Неужели не понятно, что не сильно?!

— Да я… — заблеял тот.

Не знаю, вцепился бы я в него все-таки или нет, если б руки не были заняты, но тут, после очередного толчка нашу пациентку выгнуло дугой, затрясло, и она захрипела, пытаясь судорожно вздохнуть.

— Жень, ты совершил чудо… — пораженно прошептала княжна.

— Давай, теперь ты… видишь же, печать совсем поблекла, — сказал я ей.

А печать — действительно, уже имела вид розового, давно зажившего шрама. И только размазанная по белой коже моей ладонью кровь вокруг нее темнела.

— Ага, — отозвалась Джена, уже водя руками во всю, — я этой гадости не чувствую больше…

А я сидел рядом и смотрел, ощущая почему-то такую усталость, будто на мне пахали пару дней. А еще, меня именно сейчас, когда все вроде благополучно уже разрешилось, накрыл жуткий испуг. За свои действия, произведенные на грани понимания. За девушку, которую, конечно, спас, но ведь и ответственность на себя огромную взвалил. Да и вообще, за все, что измерялось секундами, но кардинально изменило и мою, и других жизнь!