Сначала я почувствовала духоту, жару и очень плотные зеленые чащи. Я видела растения, которые обвивали стволы высоких деревьев, они тянулись вверх и смыкались где-то в вышине, свет почти не достигал земли и даже днем в этой чаще было как в сумерках. Я ощутила себя в тропических джунглях. Продвигаться вперед, раздвигать, срезать острым тесаком растения, образующие сплошную стену, было неимоверно трудно. Влажная жара прижала одежду к телу, плечи сгибались под тяжестью рюкзака. Под ногами пружинила и чавкала почва, чувствовалась близость воды. Здесь, в нижнем ярусе тропического леса было тихо, если не считать, что жужжала мошкара, и где-то поблизости слышалось дыхание болота, время от времени что-то громко плюхало. То и дело на глаза попадались какие-то крупные не то пауки, не то каракатицы, одним словом, всякая насекомая гадость. Основные звуки джунглей ушли на средний ярус и выше. Там была жизнь. Скакали по веткам обезьяны, еще какая-то тропическая живность. Моя команда пробиралась сквозь настоящий зеленый ад. Скосив глаз, я видела, что параллельно моему курсу движется рослый мужчина, одетый в защитную камуфляжку. Сквозь противомоскитную сетку просматривалось залитое потом лицо. На спине такой же, как и у меня объемный и, видимо, тяжелый рюкзак, поверх него лежала портативная радиостанция, на голове наушники с короткими антеннами, в руке мужчины зажат аппарат на подобие телефона. Мелкие насекомые роились вокруг, лезли в рот, глаза и уши, противомаскитная сетка не спасала. Я не успевала сквозь сетку обтирать лицо рукавом грязной рубашки.

Внезапно тот, кто шел впереди, сделал знак и движение нашей группы замерло. Командир начал делать какие-то жесты руками, они напоминали язык глухих, так он отдавал приказания тем, кто составлял наш отряд. Не производя шума, мужчины рассредоточились и исчезли из видимости, растворились в зеленой массе.

Я понимала, что все видела глазами Клода, переживала его ощущения. Словно для того, чтобы увидеть, что происходила в этих дебрях, меня поместили в тело Клода…

В следующем видении была уже другая картинка. Лаборатория, очень светлая, бестеневые лампы на потолке. Чистота и стерильность чувствуются реально. Люди в защитных комбинезонах, они похожи на космонавтов. За спинами, дополняя сходство, закреплены аппараты с автономной системой дыхания. Стеклянные двери, прозрачные перегородки, на стеллажах расставлены колбы, чашки Петри, центрифуги, еще какие-то приборы, на которых вибрируют пробирки. Высокие промышленные холодильники с прозрачными дверцами полны такими же пробирками. Когда "космонавты" приближались к рабочим столам и делали там какие-то манипуляции, движения их были четкими и похожими на то, как двигаются роботы. А рядом, в соседнем отсеке уже не было людей, только механизмы со специальными щупами. Повинуясь джойстику в руках человека, стоявшего за стеклом, железные руки, брали колбы, ставили их в центрифугу, или дозировано переливали жидкости из одной емкости в другую и делали еще множество других операций…