Я знаю человека, с кем обедает Клод. Я видела его, когда мы ездили на юг и по дороге останавливались у его кузена. Это — Этьен. Иногда он приезжал из Монпелье в Париж.

Мужчина кажется встревоженным и удивленным.

— Хорошо, я все сделаю как ты просишь. Но объясни, что происходит? У тебя неприятности? Почему ты вдруг о каком-то кладбище заговорил? Тебе кто-то угрожает? Ты в полицию обращался? Клод, в чем дело?

— Без комментариев, дорогой. У меня все окей, я просто на всякий случай. Давай лучше выпьем за встречу и за то, чтобы нам улыбалась удача!

Видение снова сменилось. Широко раскинулось гольф-поле. Плотная трава аккуратно подстрижена, то тут, то там песчаные бункеры-ловушки. Вдали группа гольферов с клюшками переходят от одной лунки к другой. Двое игроков отдыхают за столиком на высокой дощатой террасе клуба. Рядом на подставках стоят сумки для клюшек. Перед ними стаканы с напитками. Рядом за столиками другие члены клуба также отдыхают за напитками после игры. Солнце освещает просторное гольф-поле, или грин, как его называют профессионалы. То тут, то там — купы деревьев. Уходящий к горизонту ландшафт виден, как на ладони. По сторонам — лесная зона.

Одному из мужчин лет пятьдесят, он в прекрасной физической форме. Лицо загорелое, моложавое, тело стройное, под поло на руках бугрятся тренированные мышцы, видно, регулярно ходит в зал. Он делает знак стоящему в стороне темнокожему официанту. Тот подходит, склоняется над джентльменом.

— Чего желаете, мистер Фраст?

— Принесите мне, пожалуйста, Макаллан12. А тебе, Элвин, обновить? — Сидящий напротив него мужчина согласно кивает. — А господину Фицалану принесите Чивас Ригал. Я правильно угадал? Ты ведь не изменил свои привычки? Какой год ты предпочитаешь?

Тот, кого зовут Элвин Фицалан, молча наклоняет голову. Он курит сигару и с сосредоточенным видом выпускает изо рта колечки дыма.

— Принесите Чивас Ригал Салют13

— Да, мистер Фицалан. Сию минуту мистер Фицалан, — угодливо отзывается официант.

— Ты такой внимательный, Уолтер, — усмехнулся Элвин, — все помнишь, просто диву даюсь, как ты держишь в голове столько информации. Впрочем, не удивительно, при твоей работе иначе нельзя.

Уолтер смеется, обнажая крепкие, слегка неровные, но совершенно белоснежные зубы. Эта неровность придает ему, как ни странно, какое-то особенное очарование.

— Да уж, так надежней, предпочитаю держать информацию в голове. Туда уж точно никто кроме меня доступа не имеет, — мужчина весело рассмеялся. — Мой отец всегда советовал мне тренировать память. Он и сам был как компьютер, не вел личных записей, все телефоны и даты помнил наизусть и еще кучу всякой информации, особенно финансовой. Он говорил, что, если тренировать мозг, то никогда не схватишь альцгеймер. — Он хохотнул и иронично скривил губы. — А умер от рака мозга, вот так, такой вот парадокс.