- Подожди, я возьму плащ…

Звезды были такие же яркие, как и обещал Хелдор. И даже осознавая важность и торжественность момента, он почти с первого раза запалил костер – перед тем, как пойти на берег реки, он прихватил и сухих дров, и бересты…

Неизвестно, сколько прошло времени, но теперь они лежали вдвоем, растянувшись на мягком, плотном плаще. Одежда лежала там и тут, а высокая мягкая трава была примята.

- Что же… Я думаю, что в сарае было не так интересно – отдышавшись, Хелдор повернулся набок и стал выбирать из волос девушки травинки. Она повернулась к нему, прижавшись обнаженным телом.

- Вы правда завтра уходите…

- Можно даже сказать, что сегодня – с сожалением сказал Хелдор, смотря на начинавшее светлеть небо.

- Может, искупаемся? – спросила, чуть помедлив, Альда. – И останемся здесь еще ненадолго.

Хелдор надолго запомнил реку, ее ласковое, неторопливое течение. Но особенно отчетливо ему запомнилась Альда, и ее гибкий стан, бледно мерцавший в предутренних сумерках.

… Выпала роса, стало холодать. Хелдор встал, накинул на себя рубаху и подштанники, а дремавшую Альду он накрыл плащом. Сегодня он и вовсе не спал и теперь думал, не свалится ли он на марше с лошади. Впрочем – чуть влажная ткань холодила его исцарапанные плечи - оно того стоило.

- Ты там перед кем хвалишься? – Сонно пробормотала Альда.

- А ты не подслушивай, я сам перед собой…

- Ммм… ну да… - Она вновь прикорнула, подложив руку под голову.

Хелдор продолжил собираться. Когда он, наконец, отыскал второй сапог и застегнул дублет, он тихонько разбудил девушку:

- Мне пора собираться в дорогу, Одуванчик…

Альда вскочила, плащ соскользнул с ее обнаженного плеча. Белизна ее кожи едва не ослепила Хелдора в лучах восходящего солнца:

- Я не пущу тебя никуда! – с деланой капризностью сказала она. – Тебя и так чуть не сожрал волколак.

- Он бы меня выплюнул, я невкусный! – Отшутился Хелдор.

- Ну, тут можно поспорить. А можно еще кусочек? – Альда поманила его к себе и поцеловала.

- Ладно, тебя, наверное, могут хватиться – кажется, там уже староста индюков на улицу выгоняет…

- Ты хотела сказать – отец?