Ахмед подошел ближе, положил руку Хелдору на плечо, доверительно сказал:

- Каждый раз такое, брат. Как в набег, так и влюбляюсь, э?

Сначала рассмеялись его воины, а там, пихая друг друга локтями и повторяя шутку, смех подхватили и дружинники.

- Мухмед, открой ту бочку с вином, что мы отняли у равнинных слабаков! Нет, нет, я не про вас, гости дорогие, я про тех, что у моря. Вино – дурман, но я хочу выпить за свою Гюзель, наполняйте свои кружки!

Когда здравицы, наконец, стихли, Хелдор поинтересовался:

- И сколько у тебя жен, князь?

-Князь? – А, да… - Ахмед полюбовался на свой перстень – Это же я... шесть, дарагой… Всего шесть.

- Всего? И как, не ссорятся?

- А кто им разрешит?

- Ну, ты тут, с нами. А шесть твоих жен под одной крышей. Столько хозяек.

- О, будь покоен, они у Фатимы вот тут – он демонстративно сжал кулак.

- А кто такая Фатима?

- Старшая жена… - смущенно сказал Ахмед, недоумевая, что Хелдору надо объяснять такие простые вещи. Им ссориться некогда – одна собирает зерно, вторая пасет, третья прядет, четвертая кует. Нет, Фатима им скучать не даст!

- А искрящийся порошок тоже они делают?

- Что? А, порох? Неет… Порох женских рук не терпит. Мы сами.

- А как?

- Э нет брат, этого не скажу! А вы не просите и подсматривайте – Ахмед четко определил границы для своих гостей. - Тот, скорее, отдал бы свою жену, чем секрет пороха.

- Ладно – сказал Карви, поднимаясь с лавки – не говори. Но хоть скажи, откуда? Кто вас научил этому чуду?

Ахмед поскреб затылок, с него едва не свалилась расшитая бусинами шапочка:

- Это можно! Тогда князем был мой прадед. К ним в племя пришел маленький, бородатый человек. У него была эта… Ну… Шкура с буквами. Как? Да, вот этот самый пер… перг… Пергамен? Ладно, неважно. И он нас штуки эти делать научил. Пищали. Сказал, что у его народа их хотели изничтожить, а он сбежал с этими вот… э… пергаменами. Жил у нас, ковал пищали, учил делать порох. Я был маленький – он был старый, дряхлый, и помер потом. Так вот, у нас тех пищалей стало много, мы взяли и заняли ту крепость, ну, дескать, на правах князя. Остальные племена сказать, мол, нечестно. Напали на крепость. Раз. Второй. Третий. Мы их постреляли. Ну вот мы тут, с пищалями – а я князь.