– И еще конунг велел кое-что передать, – добавил Хольти, понимая, что сейчас Ингвёр не горит желанием ставить под удар себя ради вредного старика. – Если вы сделаете это, найдете способ истребить вирд-кону Эйрика и обеспечить конунгу победу над ним, он выдаст тебя, госпожа Ингвёр, замуж за своего внука, Бьёрна Молодого. Когда-нибудь Бьёрн Молодой станет конунгом, а ты – королевой свеев и старшей жрицей, «супругой Фрейра» в Уппсале.

Глаза Ингвёр расширились от удивления:

– Он правда так сказал?

– Разумеется. Стал бы я выдумывать? Настало время, когда вы, всеискусные жены, и конунг должны приложить все силы и объединить усилия, иначе Эйрик сметет всех нас. Если та женщина, Снефрид, и в самом деле его вирд-кона – насколько же она стала сильной, если не боится показаться людям?

– Может, она разведала какие-то новые сильные заклятья? – задумалась Бергдис.

– Или подчинила себе могучего духа? – сказала Оддню.

– Или раздобыла некое сокровище, что увеличило ее силу? – сказала Ярнтруд.

Хольти развел руками: дескать, не моего это ума дело.

– Но нечто в этом роде и впрямь случилось, если она сумела омолодиться лет на двадцать пять и стать молодой женщиной, хотя была уже взрослой двадцать шесть лет назад, когда Эйрик родился.

– Многое делается понятнее… – Оддню посмотрела на Ингвёр, вспоминая ее недавние неудачи.

– Даже гибель нашей матери… – прошептала Сальдис.

Женщины поежились, будто повеяло холодным ветром. Ингвёр нахмурилась. Сила соперницы, с которой ее столкнула судьба, пугала все больше. Но если она отступит, та погубит сначала Бьёрна конунга, а потом и всех его сторонников. Если сумеет победить – станет королевой Свеаланда. Бергдис смотрела на дочь с беспокойством, а Ингвёр почувствовала, что в душу понемногу возвращается решимость.

* * *

Когда пришло время спать, для Хольти едва нашли местечко на краю помоста.

– Здесь у нас самый тихий угол, выспишься хорошо, – сказала ему Гудда, которая привела его сюда.

Он шел за нею, держа охапку сена.

– Мне казалось, здесь днем кто-то лежал? – Хольти сгрузил свое сено на помост.

– Днем лежал, а теперь его вынесли, – полушепотом ответила Гудда. – Он теперь лежит в яме с пятью другими, завтра мы ее засыплем.

Хольти сглотнул.

– Так я буду спать на месте мертвеца?