– Собственной персоной, цвету и пахну. Очень рад вас видеть в добром здравии, госпожа Ален, господин Ален.

– Никогда не одобряла вашу дружбу, – с расстановкой произнесла женщина. – Ты на моего сына оказывал дурное влияние.

– А я всегда одобрял выбор Бьёрна, – отозвался мужчина. – И обожаю Таису. В отличие от Анни, она своего ребенка по-настоящему любит, и не пользовалась им, словно вещью. Видел я пацана мельком – это же зверек затравленный!

– Он должен знать границы дозволенного.

– Значит, дрессировать его намерены?

– Ты не смеешь! – поднялся со своего стула свекор.

– В этом доме в присутствии детей не ругаются и уж тем более не затевают драку! – сказала я. – Халли, присядь.

Со стуком поставила всем троим чашки, и перехватила Любиму, которая тихонько двигалась в направлении спальни.

– На Терре в порядке вещей, приходя в гости, оскорблять хозяев? – спросила я, разливая чай. – Назовите цель вашего визита, и не будем ходить вокруг да около, метая друг на друга неприязненные взгляды.

«Гости» не успели ответить.

– Мама, баба и деда какии-то стъянные, – сказал Любима. – Они тяй ни пиют, и пилог ни едять… папа!

Бьёрн вел Майли за руку, и мальчик уже не был таким бледным. Мне даже почудилась в его глазах улыбка, вспыхнувшая вместе с искоркой надежды.

– Мы приехали предложить сыну вернуться на родину и дать второй шанс Аннабэль де Варай, – ответила свекровь. – Что ты скажешь, мальчик?

– Я говорю «нет», – тотчас отозвался Бьёрн. Он взял Любиму на руки, и погладил по голове сына. – Никаких вторых или десятых шансов. И Майли остается.

– Он наш внук!

– И наш сын! – вырвалось у меня, и Бьёрн улыбнулся. Мальчик же поглядел на меня серьезно и внимательно, потом перевел взгляд на бабушку.

– Это – моя настоящая мама, – произнес он тихо. – Так папа сказал.

– Твоя мать на Терре, дорогой мой, а не в этом курятнике! – поморщилась свекровь.

Халли подавился чаем, а Любима неожиданно громко заявила:

– Здесь ни куятник! Воть у тёти Даны куятник, так куйи, а у нас куй неть. – Она отдышалась и продолжила, глядя бабушке прямо в глаза: – У нас тока ёзики бегають и Алги. А ищо волобьи, калинки, майиновки и кесты. Нету у нас куй!