— Что ж, это твой выбор.

* * *

— Нет, Куроме! Ещё раз повторяю, это — плохая идея! Я — против! — категорично заявил друг.

— Ну, я тоже от этого не восторге, обратиться в один из храмов было бы надёжнее, — вращая между пальцев метательную иглу, ответил другу. — Может, и впрямь не стоило соглашаться на эту затею, но слово уже сказано, и нарушать его я не собираюсь, — откидываюсь на спинку кресла, будто ставя точку в разговоре.

— Как ты можешь быть такой безразличной, вы же подруги! Ты понимаешь, что Эрис может погибнуть, если ты натравишь на неё монстра?!

«Вот ведь ид… кхм, влюблённый!» — подумалось с раздражением. Нет, мне доводилось читать, что влюблённость из-за вырабатывающихся гормонов заметно бьёт по критичности восприятия, но Натала, похоже, стукнуло особенно сильно.

— Во-первых — это её выбор. И будь она мне безразлична, я бы не предложила помощь, — со вздохом повторяю то, что уже говорилось в начале беседы. — Во-вторых — это крайняя мера. Скорее всего, для повторной активации способностей будет достаточно обычного испуга. А в-третьих — не монстра, а марионетку из него. Или ты считаешь, что я не в состоянии контролировать своих кукол? — несмотря на старания, сохранять видимое спокойствие стало сложнее; недовольство прорывалось наружу, глаза сами собой начали щуриться, а движения иглы между пальцев стали резче.

— Ты сама говорила, что твои… слуги сохраняют часть воли и чувств, — Натал, заметив на моём лице признаки разгорающейся злости, сбавил обороты и перестал повышать голос. — Что, если зверь выйдет из-под контроля? Ты можешь гарантировать, что этого не случиться?

— Натал, — резко вонзив иглу в обивку подлокотника и потерев виски, устало произнёс я, — Ты же умный парень. Так зачем задаёшь такие глупые вопросы? Я понимаю, что ты беспокоишься, но вспомни, чему нас учили — и возьми, наконец, эмоции под контроль, — я покачал головой и добавил:

— Не думала, что когда-нибудь я буду говорить это тебе.

— Прости, не знаю, что на меня нашло, — парень опустил глаза. — Но я слышал, что тейгу не сразу открывают все возможности своим хозяевам, а этот жутковатый меч у тебя не слишком давно. Нет, я помню, что ты продвинулась, но… просто…

— Уфф… — тяжело выдыхаю, — смотри, — кролику, жующему фрукты в другой комнате, уходит мысленный импульс. Оставивший еду Люц, явился на зов и замер перед нами. — Два круга влево, один вправо, а потом ляг, вытянись и замри. — Вскоре, пушистый, под задумчивым взглядом друга, выполнил указанное. Растянувшись на ковре, зверёк замер бездыханным телом, будто его переехали. — Я могу приказать ему что угодно: залезть в огонь и сидеть там, есть стекло, перегрызть прохожему горло. Люц выполнит любой приказ или умрёт, пытаясь, — наклонив голову к плечу, посмотрел на блондина. — Теперь понятно? На самом деле, команды даже не обязательно озвучивать, — не преминул прихвастнуть своим успехом, — теперь для марионетки хватит и мысленного приказа. Правда, нужно концентрироваться, а в бою такое не провернёшь, но мы с Люцифером над этим работаем.