Как ни крути, а нынешняя Куроме 2.0 получилась даже более отмороженной, чем версия до получения памяти прошлой жизни. Моральные принципы Виктора не слишком-то прижились в условиях этого мира, зато сдерживавший меня ранее пиетет перед законами, правилами и приказами отправился бороздить просторы Бездны. Приходилось самостоятельно устанавливать новые рамки, чтобы не скатится во вседозволенность.

Как говорится — всё мне дозволено, но не всё полезно.

— Привет, — киваю появившемуся миньону.

— Доброго здравия, — уже привычно ответил бывший офицер и мятежник. — Зачем ты меня позвала, госпожа?

— Как смотришь на то, чтобы поработать телохранителем?

— А я смогу отказать хозяйке нечестивого меча? — спросил миньон.

— А я отдавала неприемлемые для тебя приказы или нарушала договор? — боднув бывшего офицера взглядом, произношу ему в тон.

Вообще у нас сложились довольно неплохие для нашей ситуации, почти партнёрские отношения, что-то вроде взаимного договора. Я не пытался вытянуть из бывшего мятежника информацию о его ячейке, вроде имён и явок, а он помалкивал о «спасении души» «нечестивом артефакте» и прочей религиозной мути, правдиво отвечая на мои вопросы. Можно было и не договариваться, а действовать жёстче, но я считал, что кнут и пряник вместе эффективнее, чем один только кнут. Зачем кого-то ломать, если можно отдать то, что тебе и так не нужно, получив нужное и несколько очков лояльности впридачу? Тем более этот слуга мне симпатичен как человек.

Забавный момент: Кента до сих пор не определился, кем меня считать. Я был для него и «старшим командиром», и «бедной девочкой», и «маленьким чудовищем», иногда одновременно — что любопытно сказывалось на речах лысого.

— Никак нет! — вытянулся бывший офицер, впрочем, быстро поправившись и перейдя на гражданскую манеру общения. — Приношу извинения, был неправ, — мужчина прижал кулак к груди и склонил голову. — Но какой прок от моей охраны? Я даже не получил ранг Воина, какой с меня прок воительнице уровня боевого генерала?

Я мысленно хмыкнул над выражением «боец уровня генерала», представив какого-нибудь боевого толстопуза с Земли. Так-то и в Империи хватало подобных — даже, по словам моего лысого источника информации, с большим переизбытком; но не в постоянно воюющих элитных и полуэлитных частях вроде погранцов или монстробоев, где на высоких постах хватало воинов духа. А боевой генерал на то и назывался боевым, чтобы держать в узде своих нечеловечески сильных и склонных к своеволию офицеров.

Я ведь упоминал, что воины духа склонны к выстраиванию иерархий, основанных на личной силе? Неодарённый военачальник вызвал бы в этой среде подсознательное отторжение. Само собой, старший командир не обязан быть самым сильным, но он должен быть хотя бы просто сильным. Что любопытно: среди солдат и офицеров существовал негласный рейтинг по силе военачальников. Особо почётным считалось служить у генерала, владевшего одним из тейгу. Могущественных полководцев всегда уважали, а их подчинённые гордились службой под началом тейгуюзера, даже если тот не проявлял себя особо талантливым стратегом.