Работа не заставила себя ждать. Стоило земле тяжело содрогнуться от удара павшего с небес громадного тела, как две группы глупцов, нарушив мудрые приказы Куроме-сама, рванули навстречу «почти поверженному» чудовищу, показавшемуся из облака разлетающихся во все стороны камней и грунта. Лидеры групп безумцев бежали впереди всех, увлекая за собой других воителей, жаждущих славы и доли в ценных трофеях. Молодой убийца монстров не являлся специалистом-бестиологом, однако он — из личного опыта, рассказов старших товарищей или самого лидера: опытнейшего господина Вайтли, чья семья истребляла врагов человечества уже десять поколений — знал, что сильный монстр в живучести обставит любое насекомое, а уж если это монстр-насекомое… Поэтому парень совсем не удивился, когда многоножка устроила нарушителям приказов настоящую бойню.

Подавив страх перед непобедимым для него врагом, парень ринулся вперёд: искать выживших, пока страшного противника отвлекает отважный Мастер Юрэй.

Удивительно, но короткая битва, стремительно обратившаяся побоищем, почти не тронула укреплённые духовной силой барабанные перепонки своих вольных и невольных зрителей грохотом ударов и взрывных волн. И это лучше всего остального говорило о неравенстве схватки. Как воитель способен без звуков и дуновений ветра вырезать банду вышедших на большую дорогу крестьян, так и Бедствие чередой перетекающих друг в друга движений разметало и разорвало на куски возомнивших о себе глупцов, словно бесплотный смертоносный призрак, и тут же бросилось на Мастера Юрэя.

Зато преследуя отважного и могучего сподвижника Куроме-сама, ярящаяся тварь не сдерживалась, заставляя воздух реветь и грохотать, а землю дрожать, словно в испуге. Будто не живое существо, а воплощённая ярость стихии, призванная покарать смертных, отступивших от заветов богов.

Ошеломлённые санитары успели найти и вытащить тех, кто смог выжить, но не способен идти самостоятельно — всех четверых — и бегом оттранспортировать носилки с ранеными почти на половину пути до госпиталя, когда земля вновь ударила в ноги. Ещё через миг в спину толкнуло тугой волной, а барабанные перепонки сотряс страшный грохот. Чтобы не оглохнуть, Гекко пришлось вложить больше силы в навык, повышающий прочность тела, а также ускориться, дабы не допустить падения раненого, еле удерживающего слабенькое укрепление, на проносящиеся под стремительно движущимися носилками камни.

— …здец! — донесся откуда-то сбоку обрывок ругательства. За спинами бегущих санитаров поднимался огромный, широкий, тёмный столб из пыли и камней.