̨̘̬с̣̜͜т̢̭͚͍ь̧̠͉͚̳,
обязан
— И̧̜͍̤з̢̮̫̳м̧̩̥̪͍̩е͙̠̫͙̣͜н̨̰̜͓̘ч̢̬͙и̥̮͜
в
̧̰ͅ
о
̙͙̘̳͢с͇̳͉͢т̨̙̘͉͉͖ь̧̲͕, — кроме того, инструмент должен являться универсальным, в идеале подстраиваться под изменяющиеся задачи в процессе работы.
— И̧̜͍̤з̢̮̫̳м̧̩̥̪͍̩е͙̠̫͙̣͜н̨̰̜͓̘ч̢̬͙и̥̮͜
в
̧̰ͅ
о
̙͙̘̳͢с͇̳͉͢т̨̙̘͉͉͖ь̧̲͕,
Закончив с этим, я некоторое время стояла в прострации: витающая вокруг концентрированная негативная сила, что для глаза виделась чёрно-фиолетовой дымкой, казалась… родной, что ли?
…А вот узкая ладонь — с тонкой кожей и пятью гнущимися только в одну сторону пальцами без когтей и роговых наростов — выглядела слабой и …неудобной?
Когти не всегда уместны, особенно для небоевой формы, но какая же ограниченная и хрупкая оболочка! Особенно для основного тела!
Когти не всегда уместны, особенно для небоевой формы, но какая же ограниченная и хрупкая оболочка! Особенно для основного тела!
«Ограниченная? А какой она должна быть?» — рассеяно пронеслось в голове.
Перед внутренним взором мелькнуло несколько возможных форм — разнообразных, но одинаково манёвренных, гибких, живучих и смертоносных.
«Да, пожалуй, круговое или сферическое зрение, гибкие и прочные кости, а также дополнительные конечности позволят стать сильнее. Тот же хвост с ядовитым жалом — и оружие, и подспорье в манёвренном бою в воздухе, на земле, под водой... или даже в космической пустоте. А полуматериальные формы? Не то убожество, что используют слабаки вроде моего нового раба, а настоящий триумф магии и разума! Без всех этих ограничений мясных оболочек низших существ, неспособных воспринять истинный облик вселенной!
Не то убожество, что используют слабаки вроде моего нового раба, а настоящий триумф магии и разума! Без всех этих ограничений мясных оболочек низших существ, неспособных воспринять истинный облик вселенной!
Как жаль, что энергетические облики слабы и почти нежизнеспособны в этом проклятом, отвергающем тонкую магию мирке».
Как жаль, что энергетические облики слабы и почти нежизнеспособны в этом проклятом, отвергающем тонкую магию мирке
«…Этом… мирке? Что? — мотаю гудящей головой. — Проклятье, опять!»
Стоило прийти в себя, как я сразу ощутила лютый всепроникающий холод и такую же всеобъемлющую ненависть. Как знакомо...