Мне современная вариация некогда знаменитой на всю Империю «Золотой лозы» не слишком понравилась. То ли потомки утратили секреты технологии производства, то ли, что вероятнее, у нас с предком, уважавшим сухие и полусухие сорта — а добытое в логове относилась именно к таковым — просто разные вкусы. Нужно потом попробовать полусладкое вино данной марки. На этой мысли я переключилась на коньяк, который, как по мне, очень хорошо сочетался со сладким кофе.

Пускай алкоголь практически перестал на меня действовать, позволяя почувствовать лишь лёгкую эйфорию, одинаково мимолётную и от пары чашечек кофе с коньяком, и после выпитой в одиночку бутылки местного аналога абсента — да, я из любопытства это проверила — но вкус мне нравился, поэтому на ассортименте бара нашего вагончика я не экономила. Причём подбирала напитки именно под себя: что нравится, того запасай больше, что не нравится — ну, пусть будет немножко и того, просто для коллекции.

В итоге Амалии досталась оставшаяся в бутылке «лоза», а я поддержала её начинание чашечкой своего сладко-горячего ароматного напитка.

Пока я дегустировала кофе, а за ним и поспевшее какао (греющееся молоко требовало неусыпного контроля), представительница правоохранительных структур, подтверждая стереотип о любящих «заложить за воротник» полицейских — впрочем, это относилось и к армейцам с моряками — сначала прикончила остатки одной ёмкости, а потом с моего разрешения взяла из мини-бара другую. Нервничающая аристократка, практически ополовинив бутылку со сладкой и мягкой на вкус, но достаточно крепкой настойкой на ароматных цветах, что по своему действию на организм походили на корень валерианы, быстро стала очень доброй и расслабленной. И молчаливой.

Чему я, признаться, только порадовалась.

Вторым пассажиром являлся в меру (если сравнивать с третьим узником) истощённый мужчина. Попавший в плен торговец, ожидающий выкупа, по собственному признанию, уже практически перестал на него надеяться, и моё появление воспринял не иначе, как чудо. Учитывая, что его схватили раньше, чем против группы имперских убийц началась инициированная Ван информационная кампания, его благодарность даже не мешалась с настороженностью. Впрочем, учитывая общее измождённое состояние, на активное проявление чувств его всё равно бы не хватило. Тихий и не раздражающий тип… если забыть про запах.

Но этот, в отличие от последнего, хотя бы смог самостоятельно сменить свои вонючие лохмотья на один из комплектов одежды, позаимствованных в комнате главаря, а также без поддержки дойти до Коврика. После того, как торговец разместился на стуле и выпил кружку сладкой горячей воды — давать нечто большее я поостереглась — долго голодавшему вредно, да и вдруг срыгнёт? — он и вовсе задремал.