— Но вы проверите, командир Натан? — спросила девушка, отведя плечи немного назад, так, чтобы ткань лучше очерчивала грудь, и склоняя голову набок.

— Хорошо, — произнёс парень, «не заметивший» всех этих манёвров.

Положив руку на середину груди подчинённой, блондин скомандовал:

— Просто ускорься и, размахивая руками, начинай преобразования.

К сожалению, несмотря на все тренировки, чувства бывшего имперского убийцы оставались далеко не такими острыми, как у Куроме, поэтому приходилось прибегать к тактильному контакту, чем и пользовались некоторые легкомысленные особы. С другой стороны, подобный уровень восприятия духовной силы для подавляющего числа воителей всё равно являлся чем-то невероятным. Особенно вкупе с навыком ускорения разума, который Натал освоил на относительно пристойном уровне, позволявшем ему замечать и интерпретировать самые явные нарушения в потоках энергии.

Конечно, с чужой энергетикой всё обстояло кратно сложнее, чем со своей. Но, как говорилось выше, даже этого хватало, чтобы давать полезные советы подопечным.

— У тебя хорошо получается, Хеби, — отстранившись, сказал он. — Сделай акцент на переходе к усиленному укреплению и обратно, и продолжай тренироваться. Как я и говорил, теперь всё зависит только от твоего усердия.

— С-спасибо, командир Натан, — игриво улыбнулась девушка, показав чуть длинноватые белые клыки и мелькнувший за ними раздвоенный язычок.

— Гра-а!!! — донеслось из смежного помещения — усиленной железными листами и заглублённой в землю площадки для спаррингов.

Вслед за рёвом послышался грохот мощного удара и едва слышимый на общем фоне звук падения, который сопровождался негромким хрипловатым матом. Видимо их новичок снова впал в ярость посереди поединка и получил тумаков от наставника.

Натал зашагал в сторону источника шума.

Когда он, а также парочка прервавших упражнения особо любопытных бойцов спустились вниз, то Грух уже сидел на заднице и тряс головой.

— …каменная башка, чтоб тебя конь полюбил, — потирая кулак, ругался Крамп — самый сильный и опытный из присоединившихся к ним бывших армейцев, и вместе с тем… не самый воспитанный. Что, впрочем, имело под собой основание. — Я, сучок мелкий, кому сказал — прекращать бой, если начинает накрывать?! Или до твоих животных мозгов не доходит человеческий язык? Думаешь, я гавкать тебе буду?! Думаешь, я мало таких скотов выдрессировал?! Не входит наука через голову — вобью через жопу, утырок ты бессмысленный! Вобью накрепко, даже если мне, блядь, придётся затолкать свой сапог так глубоко, что он покажется из твоей кривой пасти! Понятно тебе, высер изнасилованного плешивым ослом барана?!