— Да я тебе, как отец родной, имею полное право! — воскликнул патетически оборотень. — Я же тебя на руках качал, конфеты носил…

— Ага, один раз это и было, — фыркнула племянница. — И вообще, я хочу остаться со своим спасителем, чтобы службой отблагодарить за спасение.

— Задурил девчонке мозги аристократишка! — запричитал мужчина, как деревенская старушка. — Что же это делается, а? Пойдем домой, Зенда!

— И не подумаю, пока не отдам долг жизни! И родители, когда вернутся, меня полностью поддержат!

В душе разлилась едкая горечь. Снова долг жизни. Только в этот раз герцог спаситель по-настоящему.

Зенда опустилась на одно колено и, склонив голову, произнесла спине Горейского клятву подчинения.

Обернувшись, он явно обрадовался предложенному. Девушка была красива и экзотична, чего ему печалиться? Согласится ведь гад.

— Я, Горан Горейский…

— Кхе-кхе! — громко закашлялась Элайна.

Герцог сбился со слов принятия магической клятвы и посмотрел в нашу сторону. При виде меня его перекосило.

Поскучневшим голосом, Горейский произнес:

— Нет, я не принимаю твою клятву. Ты ничего не должна мне.

Дядя опечаленной Зенды откровенно возликовал:

— Вот видишь, ему не нужна твоя клятва, пойдем домой!

— Нет, я останусь. — Девушка вновь спряталась за герцога, не понимая, что он спаситель случайный, и обычно спасать нужно от него.

— Ну и где этот шмырев директор? — взревел оборотень.

— Я здесь, — спокойно произнес эмиссар, выходя из теней.

Оборотня как подменили: он присмирел и опустил глаза.

Боги, да ведь это мужчина из моего сна-видения! Именно его памятью о нынешнем времени воспользовался эмиссар, выйдя из храма после многолетнего сна.

И оборотень его узнал и испугался.