Да чернильно-черных смерча, сцепившись, сделали полукруг, отдаляясь от переживающих девушек.

— Что происходит, Мэтт? Где принц? Его саркофаг исчез из храма. Он проснулся или нет?

— Или нет, — эхом отозвался Мэтт. — Формулируй правильно вопросы, Блай.

— Зреющий заговор — не ваше детище? Дай хоть один намек, Мэтт!

— Спроси у наследника нынешнего императора из ветви Альторн, все ли они доводят до конца? Хорошо ли стерегут древний лед и зачем превратили его в бесполезные висюльки?

Лицо Мэттхольда исказила боль, из носа хлынула кровь.

Большой смерч разделился на два. Усохшая груша, будто скошенная невидимой гигантской косой, рухнула на кусты орешника.

Эмиссары, прикрываясь смерчами, вновь сошлись в поединке-диалоге.

— Клятву пытались обойти? — спросил Блай.

— Нет, твоей подсказки дожидались, благодетель! — хохотнул гигант и вдруг, заинтересованно глядя на жавшихся друг к другу девушек, протянул: — А ничего так, кошечка…

— Это моя жена, не смей даже смотреть! — гневно рыкнул Блай.

— Больно надо, — фыркнул Мэттхольд. — Я о красотке рядом. Ладно, пора заканчивать.

— Пора, здесь скоро будут местные, — согласился Эйликс.

— Ну вот и попытай их… А это тебе мой подарок на свадьбу, побратим, — Мэттхольд не поставил блок, специально пропуская удар в нос.

— Выпендрежник, — буркнул недовольно Эйликс. — Я могу набить тебе морду и без таких подарков.

Мэттхольд Мэтиас хохотнул:

— Как-нибудь надо проверить — все же два века прошло!

Оставаясь в форме смерча, он метнулся к орешнику. Подхватив невидимого наблюдателя, растворился в воздухе.

Эйликс бросился к девушкам.

***