Женских слез, даже самых светлых, Клаус не переносил, поэтому поспешил утешить старушку.

— А ваш дом мы починим, — сказал он. — Или, знаете, мы вам новый построим, вот что! Я соберу парней: Якоба-каменотеса, Гриму-плотника, Вильгельма-маляра… Да мы вам такой домишко сладим, ахнете! Ну а пока суд да дело, вы у нас поживете. Поможете матушке по хозяйству. Да и ей веселее будет. А то я все в лесу да в лесу.

— Светлые Силы вознаградят тебя за твою доброту, мальчик, — пролепетала старая женщина.

Дабы самому не разрыдаться, юнец поспешно взял лоскутное одеяло и принялся вязать в него пожитки фрау Ритц. Старушка, охая, заметалась по комнатенке, бестолково хватая то одно, то другое. Собирать-то было почти нечего, и вскоре, подперев дверь лачуги поленом, юный дровосек с узелком под мышкой и семенящей рядом старушкой направился к родовому гнезду. Солнечное утро пробудило других горожан. Отворялись окна невысоких домиков, хозяйки вытряхивали половики, обменивались с соседками веселыми приветствиями. Не остались незамеченными и Клаус с фрау Ритц.

— Доброе утро, Клаус! Доброе утро, фрау Ритц! — отовсюду слышались голоса. — Куда это вы собрались с утра пораньше?

Старушка лишь смущенно отмахивалась высохшей ладошкой, а Клаус раскланивался и счастливо улыбался. Так они и добрались до домишки Бергов. Матушка уже успела подготовиться к встрече. На столе исходил ароматным паром свежеиспеченный каравай, красовался кувшин молока и лежал на глиняной тарелке овечий сыр, нарезанный ломтями. Юноша сложил в углу пожитки фрау Ритц, взял узелок с завтраком, любовно приготовленный матушкой, пожелал вдовам счастливо оставаться и отправился на работу. Утро было еще свежим, дневная пыль не скопилась пока на мостовой, и дышалось легко. Навстречу Клаусу то и дело попадались другие мастеровые, спешащие приступить к делу.

Прежде чем дойти до околицы, он успел договориться с друзьями, что по воскресеньям они начнут строить для фрау Ритц новый дом. На себя Клаус взял добычу строевого леса для стен, перекрытий и стропил. Якоб вызвался доставить камень для фундамента и камина, Грима — возвести крышу и сложить стены, Вильгельм — оштукатурить их и покрасить полы, рамы, наличники и ставни. Конечно, все это друзья станут делать сообща, подчиняясь тому, кто лучше других разбирается в своем деле. Миновав городские ворота, юноша ликовал в душе, мысленно уже видя красивый и уютный домик, какой соорудят они для бедной старушки.

Выйдя из города, Клаус почти сразу углубился в лес. Стройные сосны встретили его приветственным гулом. Юный дровосек всегда прислушивался к их таинственным голосам. Ему казалось, что они рассказывают о своих радостях и горестях. Одни жаловались на хвори, короедов и жестокие бури, что обламывают ветки. Другие радовались солнцу и сокам земли, текущим в их деревянных жилах. Клаус знал, какую из сосен ему придется вскоре срубить, а какую оберегать по мере сил, чтобы росла дальше, тянулась к солнышку, трепетала иголками от ласковых прикосновений утреннего ветерка.