— Так плохо не будет,— сказал он ей. Он попытался рассмеяться, словно она пошутила, но звук вышел пустым. Она не поддержала его смех.

— Для этого будет время позже,— сказал он ей.— Если ничего не получится. Но сперва все должно быть хорошо. У нас есть планетные полицейские силы. И должно хватить сил для защиты правительства, но через пару дней я переведу вас всех во дворец.

— Армия,— произнесла она с сильным презрением,— та еще, Джордж. Добровольцы Брэдфорда, которые могут свободно убить тебя. И не думай к тому же, что он не хотел бы увидеть тебя мертвым. А эти Десантники! Ты сам говорил, что они подонки космоса.

— Я это говорил. Хотел бы я знать, верю ли я в это. Здесь происходит что-то очень странное, Лаура. Что-то, чего я не понимаю.

Она уселась на кушетку рядом с его рабочим столом и подобрала под себя ноги. Ему всегда нравилась эта ее поза. Она подняла широко раскрытые глаза. Она никогда не смотрела так ни на кого другого.

— Я сегодня ездил повидать майора Карантова,— сказал Джордж,— сыграть на старой дружбе и получить немного информации об этом Фалькенберге. Бориса в кабинете не было, но один из младших лейтенантов, парень по имени Клейст...

— Я его встречала,— сказала Лаура.— Милый мальчик. Немного молод.

— Да. Так или иначе, у нас завязался разговор о том, что произойдет после независимости. Мы обсудили уличные бои, беспорядки толп, ну сама знаешь, и я сказал, что желал бы, чтобы у нас было немного надежных Десантников, вместо оставляемой ими здесь демобилизованной части. Он странно посмотрел на меня и спросил, а что же я хотел, Гвардию Гранд Адмирала?

— Странно.

— Да, а когда пришел Борис, и я спросил, что имел в виду Клест, Борис ответил, что паренек был новичком и не знал о чем говорит.

— А ты думаешь, что он знал? — спросила Лаура.— Борис не стал бы тебе лгать. Прекрати это! — поспешно добавила она.— У тебя назначена встреча.

— Она может подождать.

— При всего лишь паре дюжин машин на всей этой планете и одной из них, прибывшей за тобой, ты не заставишь ее ждать, пока занимаешься любовью со своей женой, Джордж* Хамнер! — Ее глаза сверкали, но не гневом.— Кроме того, я хочу знать, что сказал тебе Борис.— Она отпрянула от него и он вернулся за стол.

— Дело не только в этом,— сказал Джордж.— Я все думал об этом. Эти солдаты не кажутся мне непригодными к службе. Вне службы они пьют и уже вынудили батраков запирать своих жен и дочерей,, но ты знаешь, приходит утро и они на том же плацу. А Фалькенберг непохож на человека, который примирится с недисциплинированными солдатами.