Он повернулся от совещательной комнаты и спустился по лестнице в назначенные ему апартаменты. Чем раньше Лаура окажется в казармах Десантников, тем безопаснее он будет себя чувствовать.

«Но не посылаю ли я ее к своим врагам? О, боже, могу ли я вообще кому-нибудь доверять? Борис говорит, что он человек чести. Всегда помни это. Честь. У Фалькенберга есть честь, а у Эрни Брэдфорда ее нет. А я? Что я получил за то, что я покинул партию Свободы и привел своих техников к прогрессистам? Ничего не значащий титул второго вице-президента? А...»

Толпа снова заорала:

— ВЛАСТЬ НАРОДУ!

Джордж пошел быстрее.

Улыбка Брэдфорда вернулась. Это было первым, что заметил Джордж, когда он вошел в палату совещаний. Маленький человечек стоял за столом с веселой улыбкой. Она казалась совершенно искренней и больше, чем малость пугающей.

— А вот и наш благородный министр Технологии и второй вице-президент,— осклабился Брэдфорд.— Как раз вовремя. Мистер президент, эта банда там угрожает городу. Я уверен, что вам будет приятно узнать, что я предпринял шаги для окончания этой ситуации.

— Что вы сделали?— потребовал ответь Джордж.

Улыбка Брэдфорда расширилась еще больше.

— В данный момент полковник Кордова арестовывает лидеров оппозиции. Включая, мистер президент, лидеров Ассоциации Инженеров и Техников, которые присоединились к ним. С этим бунтом будет покончено в течение часа.

Хамнер уставился на него.

— Вы дурак! Вы заставите всех техников в городе присоединиться к партии Свободы! А техники контролируют электростанции, наше последнее средство воздействия на толпу. Вы — проклятый поганый дурак!

— Я думал, Джордж, вы будете рады,— проговорил Брэдфорд с преувеличенной вежливостью,— видеть, что с бунтом так легко покончено. Естественно, что я послал людей обезопасить электростанции. А! Послушайте-ка!

Толпа за стенами больше не скандировала. Возникло путаное бурление, затем глухой шум. Никаких разборчивых слов до них не доходило, только страшный, гневный рев. Потом раздалась частая стрельба.

— Боже мой — президент Будро уставился в замешательстве в пространство диким взглядом.— Что происходит? В кого они стреляют? Вы начали открытую войну?

— Требуются строгие меры, мистер президент. Хэдли не могут управлять слабовольные люди. Наше будущее принадлежит дем, у кого есть сила воли ухватить его!

Джордж Хамнер повернулся к двери. Прежде, чем он дошел до нее, Брэдфорд его окликнул.

— Пожалуйста, Джордж,— его голос был полон заботы.— Боюсь, что вам пока еще нельзя уйти. Это было бы небезопасно и для вас. Я взял на себя смелость приказать людям полковника Кордовы э!.. охранять эту комнату, пока мои войска восстанавливают порядок.