Эта артиллерия была главной защитой форта. Удостоверившись, что с ней все благополучно, майор Сэвидж отправил волны своих наступающих в казармы лагеря. Они ворвались с гранатами и винтовками наготове, захватывая целые роты, прежде чем офицеры успели прибыть с ключами от козлов с оружием. Таким образом Сэвидж взял регулярных конфедератов, и только фриландцы вышли с боем, но их усилия были направлены к своим пушкам, а там у них не было шансов.

В то же время земные наемники, и в лучшие времена не бывшие особо стойкими солдатами, запросили пощады. Многие не сделали ни единого выстрела. Защитники лагеря сражались дезорганизованными группами против дисциплинированных сил, чья связь работала превосходно.

В здании штаб-квартиры крепости тревога разбудила коменданта Альбертиса Морриса. Он с недоверием вслушивался в Звуки боя, и, хотя он выбежал полуодетым, он прибыл слишком поздно. Его команды заглушались криками почти четырех тысяч солдат. Моррис с миг постоял в нерешительности, терзаемый желанием бежать к ближайшим казармам и собрать силы, какие только можно, но он решил, что его долг в комнате связи.

Надо было сообщить столице. Он отчаянно побежал к радиостанции.

Внутри все казалось нормальным, и он выкрикнул приказ дежурному сержанту прежде, чем сообразил, что никогда не видел этого человека раньше. Он повернулся и оказался перед отделением нацеленных винтовок. Из темного угла комнаты резануло ярким светом.

— Доброе утро, сэр,— произнес ровный голос.

Комендант Моррис зажмурился, а затем осторожно поднял руки, сдаваясь.

— У меня нет оружия. Кто вы, черт возьми?

— Джон Кристиан Фалькенберг, к вашим услугам. Вы сдадите эту базу и спасете своих солдат?

Моррис мрачно кивнул. Он увидел снаружи достаточно, чтобы знать, что битва была безнадежной. С его карьерой тоже было покончено, что бы он ни сделал. И не было смысла позволять перерезать фридландцев.

— Кому сдаваться?

Зажегся свет, и Моррис увидел Фалькенберга. На губах полковника была мрачная улыбка.

— Да, ясное дело, Великому Иегове и Свободным Штатам Вашингтон, комендант...

Альберт Моррис, не бывший историком, не понял ссылки. Он взял микрофон лагерных громкоговорителей, врученный ему мрачными солдатами. Крепость Астория пала.

В двух тысячах трехстах километрах к западу от Алланспорта сержант Шерман Уайт включил пуск трех маленьких, но солидных ракеток. Это были не очень мощные птахи, но их можно было быстро установить, и они обладали способностью вознести сто килограммов крошечных стальных кубиков на высоту сто сорок километров. Уайт имел очень хорошую информацию об эфемериде спутника конфедератов: он наблюдал его последние двадцать орбит.