— Не трогали много месяцев,— ответила она. «Был ли этот наемник, этот Фалькенберг иным?»— Я забралась так далеко на юг только для встречи с вами.

Сделанные капитаном Фрейзером кроки Форта лежали на столе, как смертный приговор. Фалькенберг молча наблюдал, как разведчик подрисовывал по стенам пулеметные гнезда.

— Я запрещаю вам рисковать революцией в какой-то безумной операции!— закричал Баннистер.— Астория чересчур сильна. Вы сами это сказали.

Поднявшиеся было надежды Гленды Рут снова умерли. Баннистер давал наемникам превосходный выход.

Фалькенберг выпрямился и взял у стюарда наполненный до краев стакан.

— Кто здесь младший по званию?— он оглядел склепанную сталь штурманской, пока не увидел офицера, стоявшего у переборки.— Великолепно. Лейтенант Фуллер, бывший танитский заключенный, мистер Баннистер. Пока мы нс поймали его... Марк, дай-ка нам тост.

— Тост, полковник?

— Тост Монтроза, мистер. Тост Монтроза.

Страх стиснул внутренности Баннистера в твердый комок. Монтроза! А Гленда Рут уставилась непонимающим взглядом, но в ее глазах была вновь родившаяся надежда.

— Есть, полковник!— Фуллер поднял свой стакан.

Руки Баннистера тряслись, когда офицеры выпили. Кривая улыбка Фалькенберга, ответный взгляд Гленды Рут, полный понимания и восхищения — они все были сумасшедшими. На кон были поставлены жизни всех патриотов, а эти, мужчина и девушка, они были безумцы!

«Марибелл» бросила свои якоря в трех километрах от Астории. Вокруг нее быстро текущие воды Колумбии неслись к океану в каких-то девяти километрах ниже по течению, где волны дробились о линию волноломов высотой в пять метров. Пройти через портовые боны было делом хитрым, и даже в самом порту приливы и отливы были чересчур свирепы, чтобы позволить кораблю причалить.

Краны «Марибелл» гудели, снимая с палубы грузовые лихтеры. Машины на воздушной подушке без изящества двигались по воде и через песчаные пляжи к складам из рифленого алюминия, где они оставляли контейнеры с грузом и забирали пустые.

В крепости над Асторией караульный офицер, как положено, занес в -журнал время прибытия корабля. Это было самым волнующим событием за две недели. С конца мятежа его солдатам было нечего делать.

Он повернулся от вышки в сторону укреплений. Чертовски пустяшное употребление хороших бронеходов, подумал он. Нет смысла держать самоходные орудия в портовых караулках. Бронеходы не использовались, поскольку пушки находились в бетонных гнездах. Лейтенант был обучен мобильной войне, и хотя он мог оценить необходимость контроля над устьем самой большой реки Нового Вашингтона, ему эта задача не нравилась. Нет никакой славы в охране неприступной крепости.