Спустившись по ступенькам и войдя в жилище Зоттороса, Адам склонился над бешеным и толкнул его в плечо. Шхерт вяло шевельнулся. Он был жив. Адам вошёл ему в мозг и возбудил нейроны. Зотторос заворочался и сделал попытку встать. Адам принялся ему помогать.

Шхерт был огромен и тяжел и Адам изрядно взмок, когда, подпирая Зоттороса помог ему подняться по ступенькам. На улице уже было легче — подпирая шхерта под плечо и подталкивая, он повёл его в нужном направлении. Шхерт шёл не упираясь, бормоча что-то бессвязное, скорее всего не понимая, что с ним происходит. Подталкивая Зоттороса, Адам же думал лишь об одном, чтобы их никто не увидел, но видимо уже было, действительно, поздно и им никто не встречался.

Шли они, как показалось Адаму, вечность и у него уже начала закрадываться тревожная мысль, не напутал ли он что-либо с направлением. Он раскинул своё поле и тут же почувствовал впереди, совсем рядом, одинокое биополе живого человека. Он выбросил своё поле дальше и тут же отдернул его назад — там находилось скопление всклокоченных биополей. Адам шумно вздохнул.

«Наконец-то!»

Отыскав в темноте лежащую на покрытии улицы женщину, он аккуратно положил за ней бессвязно бормотавшего Зоттороса, стараясь его расположить так, как лежал он сам, затем став над бешеным, вошёл в его мозг и охватив его своим полем со всех сторон, сжал. Зотторос дёрнулся и ни проронив ни звука, затих. Адам попытался нащупать его информационное поле — но на его месте зиял лишь огромный чёрный провал.

Адам прислушался: никто ниоткуда не вышел, чтобы поинтересоваться происходящим на улице. Развернувшись, он пошёл назад.

Опять оказавшись в комнате бешеного, Адам отыскал среди груды тряпья два ремня и выйдя на улицу, залез в крапп, сел в одно из кресел и помогая себе зубами, привязал себя ремнями к креслу.

Изрядно намучившись, он откинулся на спинку кресла и почувствовал, что, действительно, устал. Прикрыв глаза, он тут же провалился в пустоту.

* * *

Тело Адама тряслось, будто к нему подключили вибратор. Он открыл глаза и увидев прямо перед собой чёрные бездонные глаза, попытался отшатнуться, но его голова упершись во что-то твёрдое осталась на месте. Он хотел поднять руку и оттолкнуть от себя чёрную бездонную пропасть, но рука, лишь слабо шевельнувшись, тоже осталась на месте.

— Где я? — прошелестели его губы на языке шхертов.

Глаза отдалились и Адам увидел перед собой светлый прямоугольник дверного проема. Он тут же всё вспомнил и сконцентрировавшись, приготовился к очередным беспристрастным проверкам.

— Этот жив, — донесся голос, откуда-то со стороны. — Но вид у него не позавидуешь. Видимо Зотторос, вчера был совсем в плохом настроении. Освободите его.