По ковру покатилась голова Одноглазого. На его иссиня-бледном лице застыл окровавленный оскал. Теперь они улыбались вместе — дважды труп и Ахин, полностью проигнорировавший суматоху у двери.

— Человек? Эй! Ты что тут делаешь? — послышался чей-то голос, когда все стихло.

«Я жду. Наступает мой черед. Не хочу пропустить свою смерть», — Ахину пришлось постараться, чтобы выудить мысль из-за грани здравого смысла. Но вслух она, кажется, так и не прозвучала.

— Черные глаза! Это же одержимый!

— Тот самый?

— Похоже.

— Какой-то он… невменяемый. Аж боязно. Может, убьем подонка?

— Атланам он нужен живым.

— Только по возможности.

— Да, но за живого вроде как премия положена.

— А… Тогда в казематы его.

Удар по затылку.

Ахин понял, что теряет сознание. Просто теряет сознание. Без застывшей бесконечности, без коридоров, без дверей, без чужих мыслей, чувств и эмоций, без темного духа, человека, одержимого и себя.

Хватит. Он слишком устал от всего этого. Только темнота, тишина и покой.

Глава 18 Ответы

Глава 18

Ответы

Ферот встал с кровати. Он всю ночь пролежал с открытыми глазами, изредка впадая в кошмарную полудрему. Епископ поправил на себе помятую одежду и подошел к окну. На улице все еще темно, хотя утро уже почти наступило. Сегодня будет пасмурно.

Прошло четыре дня с того момента, как порождения Тьмы напали на Камиен. За столь короткий срок город изменился сильнее, чем за последнюю сотню лет. Темный квартал оцепила атланская армия. Люди, кто имел возможность задержаться у родственников, предпочитали не возвращаться в опустевший район у юго-западных ворот. Цитадель из спокойной и величественной обители высших созданий Света превратилась в крайне суетное место, где по коридорам разносились громкие споры и разговоры о предательстве гатляуров, о некомпетентности городской стражи, о новом разделении сфер влияния меж атланами, феями и даже зажиточными людьми, а также о победе над Ахином и его отродьями зла, которую иначе как унизительной никто не называл. Потери, откровенно говоря, были невелики, но столица Атланской империи все равно выглядела опустошенной, жизнь в ней казалась парализованной. Одержимый нанес слабый удар, зато попал точно в цель.

— И зачем?.. — вздохнул Ферот.