Эшлин оставалось только надеяться, что они уцелели.

В лабораторию ворвались девять аколитов.

– Докладывайте, – простонал Вард из-за заслона в углу.

– Врагов не обнаружено, – сипло объявил один из аколитов.

Вард щелкнул пальцами, и планки из драконьей кости поднялись к потолку.

Озирис Вард корчился на окровавленном полу, тихонько подвывая от боли.

Неббин подбежал к нему и осмотрел рану:

– Печень и позвоночник не задеты, но желудок поврежден. Господин Вард, вам необходимо срочное хирургическое вмешательство.

– Ничего подобного, болван! – рявкнул Вард, глядя на Эшлин. – Мне нужны кросны. Немедленно начинай процесс очистки.

Неббин встал у пульта управления. Озирис нетерпеливо защелкал пальцами, подыскивая нужную последовательность сигналов для управления аппаратом на руке Эшлин.

Вскоре кольца стремительно завертелись, направляя энергию в стеклянный шар.

Но два кольца остались неподвижны.

Эшлин начала прощупывать магнитные цепи в лаборатории, пытаясь методом тыка отыскать простейшую систему.

– У нее упала мощность, – крикнул Неббин, перекрывая гул вращающихся колец.

– Обычная усталость, – сказал Вард. – Я перевожу управление в автоматический режим. – Он дважды щелкнул пальцами, в потолке что-то стукнуло. – Увеличивай скорость. Осталось еще чуть-чуть.

Неббин передвинул рычажки на пульте, и кольца на руке Эшлин завертелись еще быстрее.

Охлаждающий раствор в крови и платиновые штифты в кольцах помогали Эшлин справиться с неимоверным напряжением. В стеклянном шаре беспрерывно вспыхивали молнии. У Эшлин помутилось в глазах, но она успела заметить, что молочно-белая жидкость постепенно превращается в золотистую.

– Стоп! – крикнул Вард.

Неббин дернул рубильник. Кольца на руке Эшлин замерли.

– Огласи результаты, – велел Вард.